Генрих продолжал воевать, усмирить всю Германию ему удалось только к 1090 году. Климент тем временем так и не признавался частью духовенства, и пока он правил в Риме, параллельно ему сменилось еще несколько пап.
В конце концов от этого устали все – и император, и церковники, и знать, и народ. Очередной Папа Урбан II в 1095 году предложил всем пойти в крестовый поход, и в принципе его дружно поддержали, но никуда не пошли, а продолжали воевать, хотя уже и без энтузиазма.
В 1104 году против Генриха поднял мятеж его сын (тоже Генрих, но уже V), причем даже сумел поймать его, заточить и вынудить подписать отказ от престола. Как ни странно, Генрих V поверил в клятву отца и выпустил его из плена, после чего тот, разумеется, объявил свое отречение недействительным и попытался отвоевать у сына свой престол обратно. И его даже довольно многие поддержали. Но в разгар противостояния Генрих IV скончался.
Похоронили его только через пять лет – умер он во время очередного отлучения от церкви, и следовательно, хоронить его было запрещено. Только когда избрали очередного лояльного к Германии Папу, Генриху V удалось добиться того, чтобы отлучение сняли посмертно, и тело его отца наконец-то было предано земле.
Отлучение
В Средние века довольно многие вопросы подлежали компетенции церковного суда. Тот не мог вынести смертного приговора, да и к телесным наказаниям редко приговаривал, чаще всего он вообще мог только приказать человеку самому себя как-то наказать – поститься, стоять на коленях, заниматься самобичеванием и т. д. И это выполняли. Потому что неподчинение несло за собой ужасную кару, фактически социальную смерть – отлучение.
Отлучение от церкви означало, что человека не будут причащать, венчать, крестить его детей. Он не мог быть свидетелем в суде или занимать какую-либо должность, его присяга больше ничего не стоила. Он не мог заключать сделки – по той же причине. А в случае смерти он не мог быть даже похоронен на кладбище. Человек отвергался обществом, как при жизни, так и после смерти. Не стоит объяснять, что угроза отлучения действовала сильнее чем любое, даже самое тяжелое и унизительное покаяние, которое могло грозить в качестве наказания за прегрешение.
Причем отлучению мог подвергнуться любой – епископ мог отлучить крестьянина, а Папа, бывало, отлучал даже королей и герцогов, причем сразу вместе со всем королевством. А это означало, что во всем королевстве закрывались церкви и прекращались церковные службы. Никого не венчали, не отпевали и не крестили.
Правда, довольно часто священники не подчинялись и продолжали совершать службы, потому что Папа далеко, он может еще передумать, если политика поменяется, а король или герцог – вот он, рядом, не послушаешься, так и казнить может. Но все равно некоторым королям и другим знатным сеньорам приходилось идти на поклон к Папе (как Филиппу-Августу[27] или императору Генриху IV). Ведь отлучение предполагало разрыв всех вассальных и союзнических обязательств – никто из тех, кто принес отлученному монарху клятву верности, больше не был обязан ему повиноваться.
Русская императрица
Что и говорить, император Генрих IV – один из самых известных средневековых правителей Священной Римской империи. Не так уж часто королей отлучали от церкви, а императоров тем более.
Но в России он больше известен по другой причине. После смерти своей первой жены, несчастной Берты, о которой писал Бруно в «Книге о Саксонской войне», Генрих женился снова – на не менее несчастной Евпраксии Всеволодовне.
Да, она была русской, дочерью князя всея Руси Всеволода Ярославича и внучкой Ярослава Мудрого. Как ни странно, Евпраксия Всеволодовна знаменита у нас куда меньше, чем ее родная тетка Анна Ярославна, королева Франции. Хотя королев в роду Рюриковичей было немало – Елизавета и Анастасия Ярославны (королевы Норвегии и Венгрии), Вышеслава (королева Польши), Ефимия Владимировна (королева Венгрии), Ефросинья Мстиславна (королева Венгрии), Кунигунда Ростиславна (королева Чехии), Мальмфрида Мстиславна (королева сначала Норвегии, потом Дании), София Владимировна (королева Дании), и это не считая жен наследных принцев, великих князей литовских и польских, претендентов на престолы и т. д.
А вот императрицами довелось стать только Евпраксии Всеволодовне и Добродее Мстиславне (супруге византийского императора). Возможно, дело в том, что история Анны более счастливая – она дважды была замужем и оба раза удачно. Но может быть, просто на Евпраксию не нашлось хорошего писателя или сценариста, потому что ее жизнь была не менее увлекательной, а силой ее характера можно только восхищаться.