Германская военная разведка. Шпионаж, диверсии, контрразведка. 1935-1944

В большинстве случаев я опустил или изменил имена людей, любезно помогавших мне в работе над этой книгой, в первую очередь из-за вполне естественной неприязни любого сотрудника любой разведки к виду своего имени, выставленного на обозрение всего мира в открытой печати. Также немало сотрудников абвера претерпели тяжкие испытания в послевоенный период и поэтому предпочитают, чтобы их имена не были упомянуты. Я полностью выполнил пожелания первых и свои обязательства по отношению к последним; но всем, кто оказал мне неоценимую помощь, я приношу свою искреннюю благодарность.

В 1939 году, в канун войны, Ближний и Средний Восток не входили в сферу непосредственных интересов германского Верховного командования и вряд ли кому-то даже на мгновение в голову пришла мысль, что германские солдаты получат приказ действовать в этих регионах.

Они, однако, представляли косвенный интерес в силу пакта, заключенного с Советской Россией. Германия была вынуждена заключить соглашение с русскими относительно раздела Польши и согласиться на включение Финляндии и Прибалтийских государств в их сферу влияния. Необходимо признать этот факт достойным сожаления, но он не нес в себе угрозы каких-либо военных последствий, которые бы повлияли непосредственно на Германию; и с точки зрения германской военной промышленности и экономики эти страны не представлялись важными. Кроме одной страны, вызывавшей мрачные предчувствия и опасения, – Румынии. Война на Балканах очень усложнила бы обстановку, и, если бы румынские нефтяные месторождения были потеряны или попали под контроль русских, поставки нефти в Германию полностью зависели бы от России. Было известно, что русские собираются оккупировать и аннексировать Бессарабию. В попытке отвлечь их от этого была рассмотрена возможность убедить их направить свою активность на Ближний или Средний Восток – или, возможно, даже далее на восток. Вторжение в Афганистан и угроза северо-западной границе Индии стали бы с германской точки зрения прекрасным фактом, поскольку очень большие британские силы, которые иначе могли быть направлены на европейский театр военных действий, были бы связаны. Идея с Афганистаном, однако, была быстро отброшена, как я покажу в следующей главе.

Далее, внимание было обращено на возможности, открывающиеся для российских частей при спуске их с Кавказских гор на равнины. Здесь наличествовало два возможных поля действий. Российские части могли либо продвигаться к равнинам Месопотамии и атаковать нефтяные месторождения Мосула, либо нанести удар в южном направлении через Персию и захватить нефтяные скважины Англо-Иранской нефтяной компании. Но эти проекты также были признаны, при их детальном изучении, нежизнеспособными. Наступление через Персию потребовало бы значительно больших усилий, чем требовалось бы для оккупации Бессарабии; и при исследовании возможности атаки на Месопотамию присутствие французской армии в Сирии под командованием генерала Вейгана, очевидно, явилось наиболее весомым фактором. Любое действие, предпринятое русскими, без сомнения, привело бы к немедленному вмешательству этих французских частей, и было сомнительно, что русские, не считающие себя способными на военные авантюры такого рода, не будут рассматривать армию Вейгана как значительную угрозу для них. Об этой упомянутой выше армии было известно очень мало. Ее численность была равна, по оценкам, от ста до ста пятидесяти тысяч человек, но информация о ее составе была так же скудна, как и сведения о ее вооружении. На рубеже 1939—1940 годов, когда русско-финская война почти привела к военным действиям между Россией и англо-французскими союзниками, Верховное командование очень интересовала возможная будущая роль армии Вейгана. В то время как бытовало мнение о ее предполагаемом вторжении на Балканы, нельзя было полностью отбрасывать возможность того, что она может быть использована для броска на Баку и захвата тамошних нефтяных месторождений. Если бы последний из вариантов был принят, то ситуация могла бы очень осложниться, поскольку в тот период Баку все еще был главным источником нефти для России, очень существенная часть которой предназначалась на экспорт в Германию, и германское Верховное командование зависело от этих поставок в вопросах ведения войны.

Также скудной была и информация о рельефе местности, лежащей между армией Вейгана и Баку. Французы, очевидно, могли свободно передвигаться в пределах своей подмандатной территории, которая главным образом являлась пустыней и простиралась на восток до самого Тигра, за Тигром они располагали северной Персидской дорогой, построенной британцами после Первой мировой войны. Но тогда они уперлись бы в горы Кара-Дага. Этот момент был важнейшим, а вывода о том, существовала ли какая-либо трасса через горы Кара-Дага, с пропускной способностью, достаточной для осуществления военных перевозок, не позволяла сделать ни одна из существующих карт.