Читаем Гидра. Том 1.Определение фашизма и его признаки. полностью

Главной причиной упадка науки при фашистском режиме является то, что право осуществлять надзор за наукой часто получают малообразованные партийные функционеры, нередко выходцы из самых низов, часто не имеющие даже среднего образования, не говоря уже об опыте работы в научных коллективах. У этих начальников ненависть к умным и образованным воспитана с детства, свою обиду, весь комплекс своей неполноценности они компенсируют старательным искоренением во вверенных их контролю научных организациях любых проявлений интеллектуальности, свободомыслия, новаторства.

Если естественные науки, ввиду их независимости от идеологии воинствующего традиционализма, страдают в меньшей степени, то гуманитарные науки подвергаются либо идеологической кастрации, либо, в худшем случае, полному уничтожению. Фашисты первым делом принимаются пересматривать и переписывать историю, для придания ей политической цели. Как известно, история – это либо выгодная, либо художественно более красивая версия прошлого. Фашистская история не просто красивая и выгодная, но ещё и идеологически «правильная». Целью пересмотра истории провозглашается воспитание патриотических чувств граждан, на героических исторических примерах. Следующей жертвой на алтарь традиционализма кладут экономическую науку. При фашизме, под ножом безграмотного «политического цензора» оказываются также биология, археология, антропология. И так, практически по всем отраслям.

Второй по значимости причиной упадка науки является кадровая политика. Для фашиста главное в учёном – его лояльность режиму. В результате должности получают не наиболее способные к руководству научными коллективами, а члены партии или наиболее видные активисты. Допуск к работе и финансирование получают не самые умные и талантливые, а наиболее заметные сторонники режима или лояльные научные коллективы.

Третья причина — неправильная расстановка приоритетов в финансировании научных работ и научно-технических разработок. После прихода фашистов к власти, как правило, полностью прекращается финансирование фундаментальных исследований и необоснованно увеличивается финансирование прикладных отраслей, связанных с разведкой, обороной и безопасностью. В условиях замкнутости, а нередко и секретности, прикладные отрасли в отрыве от фундаментальной науки начинают быстро отставать.

К примеру, Германия в начале века была страной с самой развитой наукой. В Германии жили наибольшее количество нобелевских лауреатов, многие из которых были вынуждены покинуть страну после прихода Гитлера к власти. Расовый отбор специалистов ещё больше усугубил положение учёных. В результате очистки немецкой науки от «еврейского влияния», появилась «арийская физика», «арийская химия» и «арийская биология». Наука в Германии при нацистах стремительно приходила в упадок.

Следом за наукой, как правило, деградирует образование. Приоритетными в немецком образовании становились не базисные для остальных научных отраслей математика, физика и химия, а «древние знания» – нумерология, астрология, парапсихология и френология. На основе этих «древних знаний» возник целый пласт псевдонаучных дисциплин, таких как расовое учение и евгеника. Школьники «тысячелетнего рейха» лучше знали древнегерманскую мифологию, чем немецкий язык и арифметику.

Немцы в конце 30-х годов делали отличные самолёты, артиллерийские орудия, пользуясь разработками, созданными ещё во времена Веймарской республики. При Гитлере были заложены новые направления в области вооружений: тактическое ракетное оружие, реактивная авиация, межконтинентальные ракеты A-9/A-10, орбитальный бомбардировщик Silbervogel, атомное оружие и ещё около сотни подобных перспективных проектов. Но в конце 1940 года Гитлер издал приказ, согласно которому были свёрнуты все научно-технические разработки по перспективным видам вооружений. Если разработки не могли быть реализованы в конечные изделия в течение года, то они попросту прекращались. Причина была не только в нехватке ресурсов, но и в основном в недальновидности нацистского руководства и отсутствии специалистов. Многие современные специалисты в области вооружений полагают, что если бы не массовая эмиграция учёных из Третьего Рейха, то нацисты получили бы атомную бомбу, сверхзвуковое оружие и межконтинентальные баллистические ракеты ещё до 1943 года.

Иногда отставание в фундаментальных областях и технологиях фашистам удаётся преодолеть путём кражи научных и технических секретов, а также методами обратной разработки, при копировании уже существующих чужих образцов новой техники.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Масса и власть
Масса и власть

«Масса и власть» (1960) — крупнейшее сочинение Э. Канетти, над которым он работал в течение тридцати лет. В определенном смысле оно продолжает труды французского врача и социолога Густава Лебона «Психология масс» и испанского философа Хосе Ортега-и-Гассета «Восстание масс», исследующие социальные, психологические, политические и философские аспекты поведения и роли масс в функционировании общества. Однако, в отличие от этих авторов, Э. Канетти рассматривал проблему массы в ее диалектической взаимосвязи и обусловленности с проблемой власти. В этом смысле сочинение Канетти имеет гораздо больше точек соприкосновения с исследованием Зигмунда Фрейда «Психология масс и анализ Я», в котором ученый обращает внимание на роль вождя в формировании массы и поступательный процесс отождествления большой группой людей своего Я с образом лидера. Однако в отличие от З. Фрейда, главным образом исследующего действие психического механизма в отдельной личности, обусловливающее ее «растворение» в массе, Канетти прежде всего интересует проблема функционирования власти и поведения масс как своеобразных, извечно повторяющихся примитивных форм защиты от смерти, в равной мере постоянно довлеющей как над власть имущими, так и людьми, объединенными в массе.

Элиас Канетти

История / Обществознание, социология / Политика / Образование и наука
Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке
Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке

Книга А. Н. Медушевского – первое системное осмысление коммунистического эксперимента в России с позиций его конституционно-правовых оснований – их возникновения в ходе революции 1917 г. и роспуска Учредительного собрания, стадий развития и упадка с крушением СССР. В центре внимания – логика советской политической системы – взаимосвязь ее правовых оснований, политических институтов, террора, форм массовой мобилизации. Опираясь на архивы всех советских конституционных комиссий, программные документы и анализ идеологических дискуссий, автор раскрывает природу номинального конституционализма, институциональные основы однопартийного режима, механизмы господства и принятия решений советской элитой. Автору удается радикально переосмыслить образ революции к ее столетнему юбилею, раскрыть преемственность российской политической системы дореволюционного, советского и постсоветского периодов и реконструировать эволюцию легитимирующей формулы власти.

Андрей Николаевич Медушевский

Обществознание, социология
Социология. 2-е изд.
Социология. 2-е изд.

Предлагаемый читателю учебник Э. Гидденса «Социология» представляет собой второе расширенное и существенно дополненное издание этого фундаментального труда в русском переводе, выполненном по четвертому английскому изданию данной книги. Первое издание книги (М.: УРСС, 1999) явилось пионерским по постановке и рассмотрению многих острых социологических вопросов. Учебник дает практически исчерпывающее описание современного социологического знания; он наиболее профессионально и теоретически обоснованно структурирует проблемное поле современной социологии, основываясь на соответствующей новейшей теории общества. В этом плане учебник Гидденса выгодно отличается от всех существующих на русском языке учебников по социологии.Автор методологически удачно совмещает систематический и исторический подходы: изучению каждой проблемы предшествует изложение взглядов на нее классиков социологии. Учебник, безусловно, современен не только с точки зрения теоретической разработки проблем, но и с точки зрения содержащегося в нем фактического материала. Речь идет о теоретическом и эмпирическом соответствии содержания учебника новейшему состоянию общества.Рекомендуется социологам — исследователям и преподавателям, студентам и аспирантам, специализирующимся в области социологии, а также широкому кругу читателей.

Энтони Гидденс

Обществознание, социология