Гидра. Том 1.Определение фашизма и его признаки.

В моде начала века был антилиберализм, поэтому именно либералы были назначены во «враги» всего прогрессивного человечества. Уже упоминавшийся мной в этой главе австрийский экономист и политолог, нобелевский лауреат Фридрих Хайек, указывая на то, что ненависть к либерализму, легла в основу как коммунизма, так и раннего европейского фашизма, привёл очень хороший пример:  «Преподаватели английских и американских университетов помнят, как в 30-е годы многие студенты, возвращаясь из Европы, не знали твёрдо, коммунисты они или фашисты, но были абсолютно убеждены, что они ненавидят западную либеральную цивилизацию».

Одних людей сила и жестокость привлекают чисто эстетически. Они с восторгом смотрят на статуи и картины, изображающие нереально мужественных и всесильных героев, не могут оторвать взгляд от фашистской форменной одежды и атрибутики, попадают под гипнотическое влияние гигантских стройных людских колонн, идущих в ногу. Они мечтают о факельных шествиях, о том, чтобы на улице люди испытывали страх при их появлении в фашистской форме. Им приятен этот страх, который они вызывают у окружающих. Этот страх в глазах своих сограждан для них притягательнее, чем все удовольствия мира, он желанней, чем секс или деньги,

Другие, очарованы инфернальностью фашизма, увлечённо читают все бредовые книги о тесной связи какого-либо вида фашизма, а в особенности немецкого нацизма, с древними эзотерическими тайными практиками, с мистическим наполнением ритуалов, их связью с сатанизмом и непосредственно с дьяволом. Они преклоняются перед могуществом вселенского абсолютного зла.

Интерес третьей категории людей, основан на непреодолимом завораживающем интересе к самым отвратительным представителям человечества. Они смакуют подробности каждого фильма и каждой книги про серийных убийц и садистов, выискивают в прессе ужасные детали чудовищных по своей жестокости преступлений. С интересом изучают подробности жизни психопатов.

Представители четвёртой категории, подсознательно ощущают в тоталитарных религиозно-политических направлениях традиционной религии или современном неоязычестве связь с тысячелетней историей своего народа, отождествляя лично себя с древними героями старинных народных легенд и религиозных мифов.

Можно описать пятую, шестую, седьмую и следующие за ними категории людей, которые с лёгкостью находят себя в фашизме, готовы в нём раствориться и стать его частью, в силу особенностей своей личности.

Фашизм для «маленького человека» – это ещё бунт простоты в современном сложном мире, где взаимосвязь явлений не всегда очевидна. Когда фашисты в своей пропаганде предлагают примитивные объяснения сложных вещей, внимающая пропаганде толпа всегда бывает в восторге.

Людям не просто нравится, когда сложные явления находят простые объяснения, они активно ищут такие объяснения, при первой же возможности хватаясь за первое подвернувшееся упрощение, как утопающий за соломинку.

Йозеф Гёббельс автор всемирного известного афоризма, особенно популярного среди современных пропагандистов, рекламщиков и маркетологов, откровенно описал в этой знаменитой фразе своё открытие сильного воздействия на людские массы упрощения сложных явлений: «Всё гениальное просто, и всё простое гениально».

Тяга к упрощениям свойственна всем людям, без исключения. В лучшем случае это   проявление обычного невежества и тяга к простым толкованиям сложных вещей объясняется тем, что в человек, который может быть компетентным в одной области (или даже сразу в нескольких), демонстрирует некомпетентность в другой. Именно по причине некомпетентности он выносит скоропалительные суждения, инстинктивно упрощая рассуждения до уровня своей осведомлённости в этой области знания.

Но есть категория людей, которые склонны упрощать вообще всё, что их окружает. Как правило, не желая покидать зону своего психологического комфорта, они способны воспринимать лишь ту информацию, которую в состоянии без особых усилий осмыслить, в силу особенностей своего развития и полученного образования. Тяга к упрощениям либо врождённая и соответственно чисто физиологическая, либо приобретённая в процессе воспитания, причём происходит это чаще всего в детском или раннем юношеском возрасте. Именно поэтому изменить мышление таких людей в принципе если вообще возможно, то очень сложно.