Глобальный человейник

Открыв это забытое «открытие» в словесных свалках XX столетия, я переслал его как «техническую» справку моему непосредственному начальнику, а он переслал ее вверх по иерархической лестнице мирового интеллекта вплоть до уровня, на котором решат, кто станет автором этого сенсационного открытия сегодня. Открытие это чрезвычайно важно, так как оно есть часть идейного оформления начавшейся операции «Кари». Об этой операции скажу как-нибудь потом.

Мое участие в таком творческом процессе заключается в следующем. Через мой рабочий компьютер я получаю доступ к какому-то множеству текстов. Это множество определяется заданием начальника группы. Я просматриваю тексты и соответствующие справочники, составляю программу для Ла, и он в несколько минут делает реферат по установленной форме, включая в реферат и требующиеся в данный момент открытия. Таким путем я делаю в течение рабочего дня более десяти рефератов. Производительность труда фантастическая, если учесть, что Ла при этом обрабатывает порою несколько десятков тысяч книг, на изучение каждой из которых в прошлые века потребовались бы недели и даже месяцы упорного труда, не говоря уже о многолетней профессиональной подготовке.

Мой восторг по поводу фантастической производительности труда тут же сменяется чувством, для которого я не нахожу определения. Какого труда?! Труда по обворовыванию мыслителей прошлого и по оглуплению их с целью создания бездарных компиляций, авторство которых приписывается личностям, преуспевшим в чем угодно, но только не в интеллектуальном творчестве.

Плюс к тому то, что раньше было единым творческим процессом одного индивида, теперь разлагается на множество элементарных операций, каждая из которых по отдельности уже не есть творчество. Потому у нас в число творческих личностей попадают лишь те, кто организует совсем нетворческие операции многих, или те, кто наворовывает у других больше всех и официально признается автором труда других. Впрочем, это тоже неявная форма организации творческого процесса.

Первое разочарование

Первое впечатление от МЦ было такое, будто я попал в идеальное с точки зрения труда, быта и человеческих отношений учреждение. Вокруг – молодые, здоровые и приятные на вид люди. Много красивых и остроумных женщин. У всех – бодрый, жизнерадостный вид. Все вежливы, предупредительны, приветливы. Шутки, смех, дружеские приветствия. Одним словом, настоящий коллектив, о каком мечтали и какой пытались сделать на самом деле коммунисты прошлого. Но прошло всего несколько дней, и прекрасное видение исчезло. Я стал замечать, что все делают над собой усилие, чтобы выглядеть такими.

Ф и л: Ты прав. Мы все делаем вид, будто мы суть идеальные члены идеального коллектива. А коммунисты надеялись и пытались сделать людей такими, чтобы они внутренне, без показной игры стали идеальными членами естественных коллективов. Мы же пошли другим путем, а именно – путем превращения первичных деловых клеточек общества в деловые машины. В этом был свой плюс. Недостаток коллективистского образа жизни – люди обнаруживают друг перед другом свои качества. А так как мы, западоиды, по природе своей суть довольно гнусные твари, мы стремимся уклониться от коллективной жизни, дабы скрыть свою природу. Наш образ жизни позволяет негодяям выглядеть в глазах окружающих приличными людьми. А коммунистический образ жизни – наоборот, даже приличных людей вынуждал выглядеть негодяями. Но мы все-таки не можем открыто признаться в этом. Мы принуждаем антиколлективистов делать вид, будто именно они суть настоящая реализация идеалов коммунистического человека.

А л: А какая разница, являются люди такими или притворяются? Если люди ведут себя так, как будто они хорошие, разве этого не достаточно?!

Ф и л: В известных пределах достаточно. Заставить людей в этих пределах вести себя так, как будто они отвечают определенным идеалам, это само по себе большое достижение цивилизации. Цивилизация вообще есть искусственность, а не естественность. Но эти пределы ограничены кратким временем общения людей и делами второстепенной важности. Если взять большие промежутки времени и важные дела, искусственность даст себя знать своими негативными свойствами. Ты вот уже начал замечать, что мы не столько хорошие сами по себе, сколько прикидываемся такими. А раз ты замечаешь и тебя это как-то тревожит, значит, для тебя важно различие естественности и искусственности нашего поведения и наших отношений.

А л: Значит…

Ф и л: Старайся сам выглядеть как прочие. Причем не только внешне, но и внутренне быть адекватным своему положению.

А л: Как это понимать?

Ф и л: Например, забудь амбиции, выходящие за рамки служебных обязанностей. Если ты этого не сделаешь, они дадут знать о себе и автоматически будут зафиксированы в твоей служебной характеристике. Ив поручил мне проверить твою продукцию за эти дни.

А л: Ну и что ты скажешь о ней?