Голодные секс-игры

Белья на нем не было, и сразу после того как половинки молнии разошлись с характерным звуком, его багровый член вывалился наружу.

Рыжий покровительственно потрепал меня по щеке, а потом добавил.

– А ты помоги ей и дальше.

Я оторопела.

– Как?

– Бери его рукой, – скомандовал мужчина, – Вот так, – еще одна ободряющая пощечина, – А теперь направляй ей в рот!

Мои пальцы неуверенно обхватили его ствол, потом потянула по направлению ко рту Марты. Та, видимо все же смирившись с неизбежным, широко его открыла. Кай хищно улыбнулся, когда головка коснулась ее губ. С явным отвращением девушка сомкнула губы на этом сомнительном агрегате. Мужчина же начал двигать ее голову, задавая с самого начала быстрый и резкий темп. Он трахал очень грубо так, что из глаз сразу брызнули слезы.

– А ты что замерла? – это относилось уже ко мне, – Яйца лижи. Активнее, девочки, активнее.

Я, стараясь подавить нахлынувшую тошноту, коснулась языком коричневой кожи мошонки. Кай застонал, давая понять, что все правильно. Мой язык старался двигаться быстро, в тайне надеясь на быстрый финал.

Марте было совсем худо. Слезы текли градом, слюна при каждом движении разбрызгивалась вокруг. Периодически возникали рвотные спазмы. В этот момент Кай оттягивал волосы Марты назад, чтобы вынуть из ее рта свой член, а потом отвешивал пару увесистых пощечин.

Мне казалось, это длилось целую вечность, как вдруг рыжий отстранился и кончил на пол. Мы с блондинкой тяжело дышали, сидя на полу. Он оглядел нас с ног до головы, а потом приказал.

– С теперь быстро убрали все тут своими слишком острыми язычками.

К моему удивлению, в этот раз Марта ни проронила ни звука, а лишь интенсивно начала слизывать сперму Кая с пола.

– А тебе особое приглашение нужно? – поинтересовался мужчина в то время, как совсем рядом с моей ногой на пол лег удар кнута.

Этот звук заставил вздрогнуть и меня, и наверное, всех девушек в камерах. Уж слишком гулкий и четкий он получился. Я в очередной раз проклиная себя и всех, наклонилась, чтобы несмело коснуться языком белесоватой жидкость.

Вкус этого вызвал спазм в горле, но вспомнив про кнут, с ним удалось справиться довольно быстро. Теперь мы с Мартой работали вдвоем. Это было так мерзко и унизительно, что пожалуй, я бы предпочла еще три удара. Только совсем не факт, что на этот раз их будет три.

Когда мы закончили, Кай жестом указал следовать за ним.

– На ноги встаньте, – рявкнул он, когда обнаружил, что мы практически ползли за ним без сил.

Это удалось не сразу. Ноги не держали, Марта вообще была на грани потери сознания. Рыжий критично осмотрел, получившуюся из нас двоих конструкцию, а потом взял нас за плечи и потащил за собой практически волоком.

В медблоке было тепло, чисто и пахло дезинфекторами. При виде Марты мужчина-врач выругался в три этажа и приказал паре помощников сразу забрать ее.

– Кай, – сказал он, задыхаясь от возмущения, – Вы совсем охренели? Портить трех девочек из десяти накануне запуска?

– Док, – протянул он раздраженно, – Просто сделай с ними что-нибудь.

– Проще вашу парочку усыпить! И тогда все будет замечательно! Все будут целы, а у меня будет меньше работы! – распалялся мужчина.

Потом он выбежал в другую комнату, куда раньше унесли Марту. А я осталась лежать на койке, смотря на белый потолок.

– Кай, – отчего смелости прибавилось.

– Кто тебе позволил?! – взревел рыжий.

– Ну убей меня прямо сейчас, если сложно ответить, – философски пожала плечами я.

Мужчину передернуло, а потом уже более спокойным тоном он сказал:

– Чего тебе?

– Что будет на суде? – хотя казалось, какая разница узнать это сейчас или потом, но неизвестность пугала еще больше боли.

– Вам предъявят обвинения, а потом вывезут на локацию, – Кай устало прикрыл глаза, на секунду в нем мелькнуло даже что-то человеческое.

– Нас всех убьют? – при этих словах мой голос дрогнул.

– Не всех, – он говорил тихо, мне хотелось верить, что в нем живут сочувствие и человечность, пусть даже где-то глубоко.

– А ты знаешь как выжить?

– Знаю, – и дальше совсем тихо, – Но у тебя не получится.

– Почему? – мое сердце пропустило пару ударов.

– Ты не умеешь красиво трахаться. Таких зрители не выбирают. Это шоу для богатых извращенцев, а им нужны правдоподобные эмоции. Ты же деревенеешь и становишься полным бревном. Таких сливают после первого голосования.

Безумие в камере

Время тянулось неправдоподобно медленно. После возвращения из медблока Марта спала, мне даже приходилось прислушиваться, дышит ли она.

Ее значительно подлатали, а потом накололи какой-то фигней. На меня понадобилось меньше времени, но от трех уколов отказаться не удалось. В голове немного прояснилось, ушла тошнота и слабость, хотя синяков меньше не стало. Но надо отдать должное, спину уже не сводило при каждом неловком движении. Кажется даже сами раны от порки стали меньше. Но честное слово, лучше бы просто вырубили как Марту, потому что сидеть и думать, ожидая суда, было невыносимо.

– Диана, – тихо позвала Дори, вырывая меня из омута размышлений.

– Что?

– Ты как? – немного обеспокоенно спросила она.

Идиотский вопрос, но я все же ответила.