Голодный ген

Перед патологической тучностью мы застываем в недоумении: она являет собой триумф инстинкта над здравым смыслом, а ведь люди считают себя существами по большинству здравомыслящими, контролирующими свои судьбы — или, по крайней мере, тела. Однако дешифровка генетических основ регуляции веса установила, что аппетит — явление скорее биологическое, и порой требования желудка пересиливают любую разумную мотивацию. При этом нет сомнений, что одни из нас больше склонны к перееданию и, следовательно, к полноте, чем другие.

Но все же в данном случае биологическая заданность преодолима, ибо генетическая детерминированность корректируется условиями окружающей среды, и яркость проявления заложенных склонностей и предрасположений зависит от сочетания этих двух составляющих. Работы Дэвида Баркера и других ученых, изучавших младенцев, которые были зачаты и рождены в голодные годы, свидетельствуют о том, что особенности внутриутробной жизни и первых месяцев после появления на свет играют тут огромную роль. Наблюдения за популяциями в их эволюции, например на Косрае, убеждают в удивительном влиянии, которое оказывают внешние условия обитания. К сожалению, планка весовых показателей повсюду поднимается все выше и выше; большинству из нас грозят избыточный вес и ожирение. Некоторые наращивают массу тела быстрее, иные — с меньшей легкостью, но уязвим буквально каждый. Можно даже сказать, что мир становится тучногенным. А ведь триумфальное шествие ожирения началось всего-то около двух десятилетий назад. Генетика человека не могла кардинально измениться за столь краткий срок. Значит, дело в воздействии на гены стремительно меняющихся условий окружающей среды.

Людям самой природой предназначено ходить. Существует теория, гласящая, что, еще находясь в первобытном состоянии, человек, подобно окружавшим его животным, обходил территорию, которую считал своей, охраняя ее от нежелательного вторжения. Как бы то ни было, ноги даны нам не зря. В доиндустриальный период люди двигались со скоростью около 4,8 км/ч. Они не экономили физических усилий и не считали, будто напрасно растрачивают силы, пешком отправляясь к друзьям. Сегодня скорость передвижений многократно умножилась, а энергоемкость их и жизни вообще симметрично уменьшилась. Мы перемещаемся в пространстве при помощи машин, огромную часть нашей работы выполняют машины, даже игры по большей части автоматизированы. Кто пройдет хоть пару километров, чтобы пообщаться с приятелем? Это гораздо проще сделать по телефону, факсу или электронной почте. К тому же так быстрее. Люди не могут (или полагают, что не могут) позволить себе тратить время — ведь оно, как известно, деньги. А если и захочешь проявить мышечную активность, столкнешься с массой преград. В стране есть множество мест, где тротуары — редчайшая диковинка. Торговые центры — бетонированные острова посреди непроходимых для пешехода автомагистралей. До офиса общественным транспортом часто невозможно добраться. Школьная администрация, обеспокоенная проблемами безопасности, запрещает детям ездить в учебные заведения на велосипедах. Пешком тоже не очень-то прогуляешься: из-за дефицита муниципальных бюджетов число регулировщиков на перекрестках сокращается до минимума, перейти улицу страшно. Библиотеки, парки и игровые площадки окружены гектарами парковок, что если и не вовсе исключает пеший доступ сюда, то, по крайней мере, его затрудняет. Кроме того, развивающиеся средства передвижения как бы раздвинули пространство; благодаря возможности быстро добраться куда угодно между нами и необходимыми и желаемыми услугами пролегли существенные (и с годами растущие) расстояния.

Возьмем для иллюстрации Атланту, штат Джорджия. Некогда эти места славились живописными лесами: вековые дубы, тополя, кизиловые деревья, клены, магнолии. Однако с 1980 по 2000 г. здесь ежедневно вырубалось в среднем по 44,5 га леса. Территория эта, как и значительная часть обрабатываемых ранее земель, отходила под строительство многочисленных жилых домов, вытянувшихся вдоль автострад, подобно запоздалым мыслям. Кое-где и сегодня в городе в виде счастливого исключения можно увидеть зеленую листву, но в целом Атланта, растянувшаяся с севера на юг на 177 км и занимающая площадь большую, чем весь штат Делавэр, безлесна и неприглядна. С наступлением рабочего дня в деловую часть города съезжаются жители все более отдаляющихся от центра пригородов. Автомобильные потоки в Атланте — самые насыщенные в стране, но к лидеру неумолимо приближаются и другие регионы: Лос-Анджелес, Хьюстон, Феникс, Даллас, Сиэтл, Бостон, Вашингтон, федеральный округ Колумбия, Денвер и Форт-Лодердейл.