Голодный ген

В ходе эксперимента Смит обнаружил, что некоторые счастливчики родились «сжигателями» жира: их организмы практически всегда сжигают сначала его, а уже потом — углеводы. Большинство из волонтеров этого типа подтянуты и находятся в прекрасной физической форме — как, впрочем, и сам ученый, на моих глазах одолевший лестничный марш за пару шагов.

«Некоторые из нас генетически приспособлены к более легкому сжиганию жира, — говорит Смит. — Но и другие могут развить в себе такую способность — для этого следует хотя бы изредка отрывать зад от дивана».

Легко сказать! После интервью с исследователем я, не без труда напялив спортивный костюм и обувшись в кроссовки, отправилась в фитнес-зал Пеннингтоновского центра. Разглядываю поблескивающие хромом и сталью спортивные механизмы и снаряды. Появляется девушка из обслуживающего персонала, в белой футболке и шортах. В руках у нее пюпитр — дощечка с зажимом для бумаги. «Боюсь, это оборудование предназначено только для исследований», — замечает она не без иронии. Что ж, понимаю. Попробую бегать трусцой. Сажусь в машину, выезжаю на автостраду, прижимаюсь к обочине. Выхожу. Побегаешь тут, как же! Ни тротуара, ни дорожки — потоком несутся автомобили, светом фар предупреждая пешехода об опасности, пусть не всегда смертельной, но все-таки серьезной. Смотрю на часы: уже шесть. Какие у меня варианты? Вообще говоря, Батон-Руж — город, где можно вкусно поесть. Возвращаюсь за руль, жму на газ, и с каждой минутой долгожданный обед становится все ближе.

ГЛАВА 11

Правильный выбор

Быстрое, легкое и простое очень притягательны. Они апеллируют к нашей вялости, апатии и лени. Медленное, трудное и сложное, напротив, связаны с большинством тех вещей, которые мы более всего пестуем в нашей цивилизации: великой литературой, великим изобразительным искусством, великой музыкой, истинной демократией.

Бенджамин Р. Барбер

Нэнси Райт не ждала чуда от операции по ушиванию желудка. Однако оно произошло: после хирургического вмешательства она похудела на 56 кг 700 г за 18 месяцев. Нэнси купила новую одежду, устроилась на новую работу и почувствовала себя новым человеком. Но через некоторое время, к собственному удивлению, обнаружила, что крекер за крекером тает у нее на языке, и уменьшенный желудок ничуть не протестует против этого. Потихоньку она уже набрала 4 кг 500 г и теперь беспокоится, не пошел ли процесс в обратном направлении. Для волнения есть все основания: ее родная дочь, сбросив после наложения обходного желудочного анастомоза 40 кг, вновь обрела их все до единого.

Твердо зафиксировать уменьшенный вес, достигнутый при похудании, чрезвычайно трудно: организм, стремясь вернуться к привычному для себя биохимическому балансу, сопротивляется изо всех сил. Этот инстинкт нелегко побороть. Руди Лейбл, Джеффри Фридман, Стив О’Райли и сотни других ученых сумели прояснить нейрохимические механизмы необоримого аппетита. Сейчас мы знаем, что цепь высших реакций, регулирующая его, неразрывно связана со способностью к репродукции. Иначе говоря, мы едим, чтобы продолжать жизнь. Но если по той или иной причине в работе организма произошел сбой, неполадки следует устранить, и современные достижения молекулярной биологии и физиологии сделали возможными действительно удивительные вещи на этом пути. Лептиновая терапия спасла детей из Пенджаба, она же способна помочь и другим пациентам со сходным генетическим дефектом. И при иных единичных генных аномалиях положение жертв ожирения отнюдь не безнадежно: наукой созданы вполне действенные схемы лечения, разрабатываются относительно безопасные и сравнительно эффективные лекарства, способствующие снижению веса. В дни, когда пишутся эти строки, британские ученые как раз испытывают на людях препарат под кодовым наименованием MLN4760, препятствующий действию фермента, который способствует накоплению жира у мышей. Пока неизвестно, каковы будут результаты экспериментов, но энтузиазм и волнение вокруг MLN4760 вполне понятны и оправданны: это первый продукт геномной технологии, созданный на основе специфического гена и доведенный до стадии испытаний на человеке. Ожидается появление и других таких же препаратов. Вероятно, они смогут облегчить борьбу с ожирением и сопутствующими ему болезнями. Вероятно, но не наверняка. И уж точно ни одно лекарство не изменит человеческую физиологию и химию головного мозга раз и навсегда. Лекарственная терапия патологической тучности, чтобы быть эффективной, должна проводиться долговременно, поэтапно и — непременно! — под бдительным врачебным наблюдением. Перспективы ее не особенно радужны, но — учитывая возможность пандемии ожирения — это единственный реалистический путь.