Голодный ген

По мнению Баркера, склонность к ожирению, записанная в генах, имеет несколько временных точек активации: внутриутробный период, самое раннее детство и период полового созревания. Именно в эти моменты генетическая предрасположенность изменяема. Однако чем дальше, тем плотнее затягивается окошко пластичности. Двухлетний толстый, но в целом здоровый ребенок имеет шанс обрести с возрастом стройность; тучный пятнадцатилетний подросток в 80 случаях из 100 будет и в дальнейшем набирать вес.

* * *

Полвека назад детское и подростковое ожирение встречалось до такой степени редко, что письменные свидетельства о нем единичны. Само собой разумелось, что пухлые отпрыски, взрослея, постепенно избавятся от излишних пышностей и округлостей. Но по мере того, как тучность раннего возраста распространялась все шире, нарастало беспокойство, и, поскольку унифицированные для взрослых показатели индекса массы тела (ИМТ) не подходят для детей, федеральное правительство разработало специальные стандарты веса, ориентированные на подрастающее поколение. При применении этих параметров, хоть и далеких от совершенства, выявились глубина и потенциальная опасность проблемы.

Уровень распространенности детского ожирения повысился в Соединенных Штатах с 5 % в 1964 г. до 14 % в 1999 г. (более поздних сведений не имеется), а в Австралии — втрое с 1985 по 1995 г.; сейчас каждый пятый ребенок в этой стране имеет избыточный вес. Сегодня сведения о развитии у детей и подростков сахарного диабета, связанного с ожирением, поступают из Канады, Японии, Индии, Гонконга, Сингапура, Бангладеш, Ливии, Великобритании, Новой Зеландии и некоторых других регионов. Очень тревожны данные о возрастающем числе «супертолстых» индивидуумов: 54-килограммовых малышах трех лет, подростках, весящих 180,227 и даже 270 кг. Есть отдельные, но вполне достоверные факты детской смертности, вызванной патологической тучностью.

В эндокринологическом отделении любой крупной больницы вы увидите малолетних пациентов, чья жизнь, с десяти лет ограниченная из-за огромной массы тела креслом-каталкой, полна мук и унижений. Несомненно, что и дети, не так далеко, но все-таки ушедшие за пределы нормы, рискуют со временем тоже узнать подобные страдания. У них биологически неизбежны рост содержания глюкозы и липидов в крови, а также повышенное артериальное давление — отклонения, в конечном счете ведущие к коронарной болезни сердца.

В 1985 г. психолог Стивен Гортмейкер, адъюнкт-профессор Гарвардской медицинской школы, и педиатр Уильям Дитц, возглавляющий ныне отдел питания и физкультуры в одном из центров контроля и профилактики заболеваний, совместно исследовали возможную связь ожирения с любовью к телевизионным передачам. Они обнаружили, что количество часов, проведенных ребенком перед телеэкраном, прямо соотносится с нарастанием избыточного веса: в возрастном промежутке от 12 до 17 лет риск патологической тучности увеличивается на 2 % за час просмотра. Другое, более позднее обследование показало: среди детей, проводящих у телевизора час и менее в день, излишней полнотой страдает 8 %, а их сверстники, не отходящие от экрана по четыре часа, показали путающий результат, равный 18 %. А вот выводы еще одной работы. При ее проведении сравнили склонность к ожирению тех, кто смотрит телепередачи по пять часов в день, и аналогичной по составу группы «телезрителей на два часа». Первые оказались более предрасположены к тучности, чем вторые, в восемь раз!

Все упомянутые исследования проводились в Соединенных Штатах, но проблема ими не ограничивается: в Австралии, Японии и вообще в большинстве развитых стран телевизор и ожирение шагают рука об руку.

Чем реже дети отходят от голубого экрана, тем усерднее едят. Просмотр передач не усиливает метаболизм. (Иное дело — чтение, требующее определенной сосредоточенности и умственного напряжения.) У экрана газированные напитки, конфеты, сладкие хлопья поглощаются незаметно, как бы автоматически. Прибавим к этому полное отсутствие физических нагрузок — и получим идеальный рецепт для раннего приобретения патологической тучности. Спорить тут не приходится.