Читаем Готы и славяне. На пути к государственности III-IVвв полностью

Кроме того, почему находки на черняховских поселениях сельскохозяйственного инвентаря надо признавать в качестве доказательства именно высокоэффективного их производства и земледелия, в интерпретации некоторых авторов? Неужели найдены механизмы или другая техника, которая использовалась в цивилизованных районах Римской империи? Ведь эти находки говорят только о том, что этот инвентарь был в употреблении у населения черняховской культуры, но он малопригоден для использования в высокопродуктивном земледелии. Скорее, он пригоден только для обработки небольших полей, где использовалось экстенсивное подсечное земледелие, тем более что наличие крупных, да и мелких полей на территории черняховской культуры вообще не установлено. Исходя из этого, нужно с большой осторожностью подходить к идентификации и интерпретации археологического материала, увязывая его с сообщениями современников, используя материалы письменных источников, а не делать поспешные, далеко идущие выводы в угоду некоей «новизне», которые в итоге оказываются ложными. Ведь понятно, что подобное отношение к археологическому материалу создает превратное представление либо о народе и его культуре, либо о времени вообще.

Кроме того, о каком «изобилии хлебов» в Северном Причерноморье можно говорить, если еще Марк Теренций Варрон в работе «Сельское хозяйство», а это один из основных подробных авторитетных источников по данному вопросу, описывая обустроенные районы Римской империи, пишет: «Бобов сеют на югер 4 модия, пшеницы 5, ячменя 6, полбы 10, иногда немного больше или меньше: если место жирное, то больше, если тощее – меньше (в этом вопросе с ним согласен Плиний. – А. Ф.). Поэтому наблюдай, как принято сеять в этой области, и поступай так же. Местность и почва имеют огромное значение: так, в одних местах урожай бывает сам-10, а в других, например, кое-где в Этрурии, и сам-15. В Италии, под Сибарисом, обычный урожай, говорят, бывает сам-100; в Сирии, около Гадары, и в Африке, у Бизация, один модий дает тоже 100»[339].

Однако в вопросе урожайности свидетельства римских авторов разнятся: согласно Колумелле, урожай хлеба в Италии редко превышал сам-4[340]. В одном из самых плодородных регионов античности – Сицилии – урожай хлеба достигал сам-12 и сам-15[341].

Итак, один югер – приблизительно 0,25 га, один модий – 8,74 л, немного меньше ведра, а это приблизительно 5,7–6,5 кг зерна. Значит, для посева на 1 югер требовалось 22,8—26 кг зерна, а на 1 га (4 югера) – около 130 кг зерна. Урожай, в зависимости от места посева, по Варрону, от сам-10 до сам-100, но в основном, согласно Плинию, сам-6. А если суммировать данные источников о Римской империи с 117 г. до 390 г., то увидим, что средняя урожайность в ней не превышала 4–8 ц с 1 га. Для справки: согласно статистике, в начале XX в. урожайность в лучшие годы в этом районе была не выше 6—10 ц с 1 га. Поэтому чаще сеяли полбу (мелкий сорт пшеницы), так как она давала наибольшую урожайность, да и то лишь в отдельных местностях. В связи с этим закономерен вопрос: кого могла прокормить такая урожайность? Ясно, что говорить об изобилии продуктов питания в Империи, тем более в ареале черняховской культуры, не приходится. Другой вопрос: кому доставалась львиная доля этого урожая? И если крупные землевладельцы могли экспортировать зерно (на что иногда указывают источники), то мелкие с трудом сводили концы с концами. Для подтверждения своих выводов рассмотрим некоторые общеизвестные данные по Римской империи:

Численность населения: в 160 г. н. э. – 65 млн чел.

Общее население в 65 млн чел. можно условно разделить на следующие группы (численность населения каждой группы включает как самих ее представителей, так членов их семей)[342]:

1. 2,5 млн чел. обладали хорошими условиями для жизнедеятельности:

– 2 тыс. чел. – сенаторское сословие;

– 100 тыс. чел. – всадническое сословие;

– 200 тыс. чел. – муниципальная аристократия;

– 700 тыс. чел. – чиновники, ветераны;

– 1 млн чел. – торговцы и ремесленники и т. д.;

– 500 тыс. чел. – солдаты (легионы, вспомогательные войска, гвардия, флот, городская стража).

2. 12,5 млн чел. обладали сносными условиями для жизнедеятельности:

– 4 млн чел. – рабы, проживающие в городах (из них до 500 тыс. находилось только в одном Риме);

– 8,5 млн чел. – городской пролетариат.

3. 50 млн чел. обладали минимальными условиями для жизнедеятельности:

– 3 млн чел. – свободные фермеры;

– 40 млн чел. – арендаторы, живущие и работающие на земле, принадлежащей другим (колоны);

– 7 млн чел. – рабы, занятые в сельском хозяйстве и добыче полезных ископаемых.

Перейти на страницу:

Все книги серии Новейшие исследования по истории России

Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919
Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919

Книга посвящена одной из ключевых тем Гражданской войны в России – взаимодействию политической власти и крестьянского большинства населения страны. События 1917— 1922 гг. породили множество вариантов такого взаимодействия как на красной, так и на белой стороне. Все стороны противостояния вовлекали деревню в вооруженную борьбу, иначе невозможно было рассчитывать на военную победа. При этом коммуникация с «мужиком» являлась общепризнанной ахиллесовой пятой Белого движения. Неспособность создать уверенность в приходе твердой власти, развеять старые социальные фобии, массово поднять деревню под национальные знамена стала одной из очевидных причин неудачи белой борьбы. Тем важнее подробный анализ опыта успешного сотрудничества белых военных и политических инстанций с сельским населением. Один из таких сюжетов разворачивался на границе Области войска Донского и Саратовской губернии, на фоне знаменитой битвы за Царицын. Энергичный офицер В.К. Манакин при поддержке донского атамана П.Н. Краснова смог создать боеспособное формирование из крестьян юга Саратовской губернии – Саратовский корпус. История этого воинского формирования рассматривается в контекстах Гражданской войны на Юге, крестьянско-казачьих взаимоотношений, особенностей военного строительства Войска Донского, Добровольческой, Южной, Астраханской армий. Настроение и поведение саратовских крестьян сравнивается с таковыми крестьян Ставропольской, Астраханской, Воронежской губерний.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Антон Викторович Посадский

Военное дело / Документальная литература / История
Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.
Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.

Работа доктора исторических наук А.Ю. Безугольного посвящена истории добровольческого способа комплектования войск Красной армии, а также военизированных формирований, создававшихся вне структуры военного ведомства, – народного ополчения, истребительных батальонов и иных подразделений, в основе своей укомплектованных гражданскими лицами. Интересы власти, вербующей добровольцев, и мотивация самих добровольцев, откликающихся на призыв власти; нормативное регулирование и социально-правовое положение добровольцев; принципы и формы комплектования добровольческих частей; деятельность центрального и местных партийно-государственных аппаратов и органов военного управления по вербовке добровольцев и организации добровольческих частей – все это предмет данного исследования. Книга основана на большом массиве документального материала, значительная часть которого вводится в научный оборот впервые.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Алексей Юрьевич Безугольный

Военная история / История
Советская авиация в военных конфликтах 1920-х годов. От Кронштадта до Туркестана
Советская авиация в военных конфликтах 1920-х годов. От Кронштадта до Туркестана

Книга доктора исторических наук, специалиста в области истории военной авиации и противовоздушной обороны А. Ю. Лашкова раскрывает участие советских авиаторов и воздухоплавателей в подавлении повстанческого движения и ликвидации различных антисоветских вооруженных формирований на территории РСФСР (позднее – СССР) и ближнего зарубежья в 1920-е годы. Этот период в российской историографии получил неофициальное название «Малая гражданская война». Основу источниковой базы труда составляют документы фондов государственных архивов, в том числе Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ) и Российского государственного военного архива (РГВА). Книга предназначена для широкого круга читателей и специалистов, интересующихся проблемами применения отечественных военно-воздушных сил в вооруженных конфликтах межвоенного периода.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Алексей Юрьевич Лашков

Военная история / История
Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)
Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)

Книга доктора исторических наук, специалиста в области Военно-воздушных сил и Войск противовоздушной обороны, посвящена борьбе за завоевание господства в воздухе на русско-германском фронте в годы Первой мировой войны. В работе последовательно раскрывается ход событий, связанных с противоборством в воздушной сфере и формированием отечественной системы воздушной обороны. В труде впервые приводятся наиболее точные данные о потерях военного воздушного флота кайзеровской Германии и ее союзников в отдельных кампаниях и за весь период войны. Работа насыщена многочисленными фактами и примерами действий русских летчиков и зенитчиков, создавших надежный воздушный щит на театре войны и в ближнем тылу нашего государства. При подготовке труда автор опирался на документы фондов Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного военного архива (РГВА), Российского государственного архива Военно-Морского Флота (РГА ВМФ), а также на периодические издания и мемуарную литературу.

Алексей Юрьевич Лашков

Военная документалистика и аналитика / История / Транспорт и авиация

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?

Зимой 1944/45 г. Красной Армии впервые в своей истории пришлось штурмовать крупный европейский город с миллионным населением — Будапешт.Этот штурм стал одним из самых продолжительных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Битва за венгерскую столицу, в результате которой из войны был выбит последний союзник Гитлера, длилась почти столько же, сколько бои в Сталинграде, а потери Красной Армии под Будапештом сопоставимы с потерями в Берлинской операции.С момента появления наших танков на окраинах венгерской столицы до завершения уличных боев прошло 102 дня. Для сравнения — Берлин был взят за две недели, а Вена — всего за шесть суток.Ожесточение боев и потери сторон при штурме Будапешта были так велики, что западные историки называют эту операцию «Сталинградом на берегах Дуная».Новая книга Андрея Васильченко — подробная хроника сражения, глубокий анализ соотношения сил и хода боевых действий. Впервые в отечественной литературе кровавый ад Будапешта, ставшего ареной беспощадной битвы на уничтожение, показан не только с советской стороны, но и со стороны противника.

Андрей Вячеславович Васильченко

История / Образование и наука