<p>Антон Посадский</p><p>Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919</p>

Серия «Новейшие исследования по истории России» основана в 2016 г.

Рецензенты:

д. и.н. В.П. Николашин,

д. и. н Д.А. Сафонов

© Посадский А.В., 2024

© «Центрполиграф», 2024

© Художественное оформление, «Центрполиграф», 2024

<p>Введение</p>

Настоящая книга представляет собой развитие темы, которую нам приходилось реализовывать в книжном формате в 2010 и 2018 гг., а также в статьях. Речь идет о Саратовском корпусе – немногочисленном формировании на белом Юге, которое возникло по инициативе энергичного офицера полковника В. К. Манакина и было поддержано атаманом Всевеликого войска Донского П.Н. Красновым. Начинание не оказалось масштабным, двигаться вглубь Саратовской губернии не получилось, и Саратовский корпус остался локальным, но весьма показательным сюжетом Гражданской войны. Основу корпуса составили саратовские крестьяне-повстанцы, в том числе напрямую перешедшие из рядов РККА. Воплощение идеи местного формирования, которое воодушевлялось бы мыслью об освобождении своей губернии и опиралось на собственное самоуправление в освобожденных районах, как раз и представляет значительный интерес.

Саратовский корпус осенью 1918 г. номинально вошел в состав Особой Южной армии и таким образом попал в «германофильские» и «антидобровольческие» начинания. В подозрительности и ревности добровольцев к южанам переплетались и политические вопросы ориентаций, и весьма зримые обиды и неравенства. У южан были выше оклады. При донской власти и немцах в Таганроге плакаты о поступлении в Южную и Астраханскую армии расклеивались по улицам, а добровольческая пропаганда могла быть только подпольной¹, что любви со стороны добровольцев явно не добавляло.

Между тем к эпопее Южной армии корпус практически не имел отношения, даже финансировался, как будет показано, нарочито скромно. В связи с таким соседством корпус многократно упоминается в мемуарной и исследовательской литературе, без подробностей. А.С. Лукомский в воспоминаниях, рассказывая об эпопее Южной армии, делает такое примечание: «Я ничего здесь не говорю про формирования на Дону так называемых Астраханского и Саратовского корпусов. По слухам, эти формирования также производились с благословения немцев и на их средства»². Нередко корпус теряется как незначительная или незнакомая пишущему величина. Советская уездная газета, например, в статье о Южной и Астраханской армиях Саратовское формирование не называет³. Генерал Ф.Ф. Палицын, перечисляя группировки антибольшевистских войск на начало 1919 г., упоминает группировку в 8—12 тысяч в южной части Воронежской губернии, а также «Краснова с казаками и пешими частями в 40 тыс.»⁴

, опять-таки не замечая саратовцев. Белый мемуарист издевательски пишет об уездных сепаратизмах, поминая в числе многих прочих «южную армию и отдельный саратовский корпус, с походным губернаторством в двух уездах». Он полагал вредной скромность командования, которое принимало за силу «бессовестную наглость безответственных самостийников»⁵. Хотя в случае с Саратовским корпусом ни о каких уездных самостийничествах речи нет.

Современный исследователь Ю.Г. Гражданов весьма недоброжелательно пишет о Саратовском корпусе, при этом почему-то считая, что В.К Манакин был снят атаманом Красновым с должности комкора за принятие добровольцев с Дона и связь с деникинцами⁶.

Более внимательно и здраво к истории саратовского начинания отнеслись известные авторы Зарубежья Н.Н. Головин и А.А. Зайцов.

Н.Н. Головин в разделе своего труда под названием «Формирование Астраханской, Южной и Северной армий» мельком упоминает Саратовский корпус как начинание генерала Н.Н. Краснова на Саратовском направлении и далее вновь упоминает Русскую народную армию (предшественница корпуса) и сам Саратовский корпус, описывая ситуацию на Донском фронте и неудачу формирования общерусской армии на донской территории⁷. Н.Н. Головин обращает внимание на то, что группировка Донской армии к середине августа – более всего сил на Саратовском направлении, а не на Воронежском и Царицынском – выражала идею соединения с Поволжским белым фронтом. Группировка же красных, с наиболее сильной из трех армией под Царицыном, выражала идею важности Царицына. П.Н. Краснов, не сумев убедить А.И. Деникина помочь донцам под Царицыном, не мог развивать действия в направлении Камышина и Саратова, имея в тылу царицынскую группировку красных⁸.