Граф М.Т. Лорис-Меликов и его современники

«С-Петербург. Принимаем искренно-сердечное участие в постигшей вас утрате. Всегда будем с признательностью вспоминать о дррк-бе, которую он нам всегда оказывал. Да укрепит вас Господь в этом жестком испытании. Евгения, Александр Ольденбургские».

Телеграмма, полученная старшим сыном покойного графа, поручиком графом Т.М. Лорис-Меликовым, от его императорского высочества великого князя Сергея Александровича³:

«С.-Петербург. Принимая живейшее участие в вашем великом горе и глубоко опечаленный кончиною вашего отца, от всего сердца шлю вам мои соболезнования и мои пожелания. Да поддержит вас Всевышний в эти глубокоскорбные минуты. Сергей».

Новое время. 1889. 11 (23) января.

¹ Николай Михайлович (1859—1918) — великий князь, сын великого князя Михаила Николаевича.

² Ольденбург — герцогство, входящее в состав Германской империи. Ольденбургские герцоги жили и в России. Это были потомки Георга-Людвига Голштинского, двоюродного дяди Петра III, выехавшие из России при Екатерине II. Генерал-лейтенант Александр Петрович Ольденбургский (1844—1932) командовал Преображенским полком. В 1877—1878 гг. во главе пехотной дивизии участвовал в Балканском походе. В 1886—1889 гг. командовал гвардейским корпусом. Его супруга Евгения Максимилиановна — покровительница комитета о сестрах Красного Креста, председательница Императорского общества поощрения художеств.

³ Сергей Александрович (1857—1905) — великий князь, 4-й сын Александра II. Генерал-губернатор и командующий войсками Московского военного округа с 1891 г.

№ 87

НЕКРОЛОГИ «Вестник Европы»¹

12-го (24-го декабря) скончался в Ницце граф М.Т. Лорис-Мели-ков — один из тех замечательных государственных людей, настоящее значение которых может быть оценено вполне только историей. Наше мнение о «диктатуре сердца», об «эпохе новых веяний» мы выражали много раз, отвечая на ретроспективные нападения газет, в свое время безмолвствовавших или поклонявшихся тому, что перед тем они сожигали. Реакция, господствовавшая, с большей или меньшей силой, целых четырнадцать лет (1866—1880), привела к двум главным результатам: она ухудшила экономическое положение народа и извратила умственную жизнь общества. Сообразно с этим, поправить дело можно было только одновременно с работой в двух направлениях, тесно связанных между собою. Принять меры к поднятию народного благосостояния, оставляя общество — безгласным, мысль — зависимою от произвола, земство — бессильным и забитым, значило бы обречь эти меры, в лучшем случае, на полууспех. Увеличить свободу мысли и слова, ничего не изменяя в материальном быте народа, значило бы строить на песке, забыть о насущных потребностях, слишком долго остававшихся неудовлетворенными. Политика гр. Лорис-Меликова не была односторонней. Поставив себе задачей облегчение экономического гнета, тяготевшего над массой населения, она выразила решимость изменить к лучшему и те условия, от которых сознательно страдает меньшинство, бессознательно — большинство русского народа. Параллельно с мерами, направленными к более справедливому распределению податного бремени, шли другие, которые можно назвать общим именем — освободительных. Если иное, начавшееся в министерстве гр. Лорис-Меликова, сошло со сцены вместе с ним самим, то многое другое продолжалось еще довольно долго и принесло довольно крупные результаты. Понижение выкупных платежей, отмена подушной подати, перенесение части податного бремени на более достаточные классы населения (налог с наследств, налог на процентные бумаги, раскладочный сбор и т. п.), организация крестьянского кредита, охрана фабричных рабочих, поземельное устройство тех групп населения, которые не подошли под действие положений 19 февраля, — все это было задумано во время «диктатуры сердца», исполнено под влиянием данного ею импульса. Этого одного было бы уже достаточно, чтобы увековечить имя гр. Лорис-Меликова в государственной истории России, подобно тому, как оно увековечено в военной ее истории сражением на Аладжинских высотах и взятием Карса.