Граф М.Т. Лорис-Меликов и его современники

Между более подробными статьями о гр. Лорис-Меликове есть, говорят, и такие, в которых «лягают умершего льва», отрицают даже его храбрость. Мы очень рады, что нам не пришлось их видеть. Есть другие, в которых господствует кисло-сладкий тон и превозносятся только военные заслуги усопшего. Есть третьи, в которых похвала преобладает над порицанием, но бочка меду, по поговорке, испорчена ложкой или несколькими ложками — дегтя. В одной из статей последнего типа нас хотят уверить, например, что «быстрому возвышению гр. Лорис-Меликова не мало способствовали женщины». Нам говорят, что покойный был последним «случайным человеком» в России, упуская из виду, что если его призыву к власти и содействовали случайные обстоятельства, то в нем самом не было ни одного из характерных признаков случайного человека. Лорис-Меликов — читаем мы дальше — «не был достаточно подготовлен к выпавшей на него задаче». Жалобы квазилиберальной печати, «имевшей более целью систематическую оппозицию правительству», он принимал за «действительные выражения народных нужд». Он считал «наше общество более созревшим, чем это было, и более устойчивым в своих воззрениях». В особенности недовольна газета последними месяцами министерства Лорис-Меликова. «Поведение» его после 1-го марта кажется ей «ниже того, что от него следовало ожидать»; «потрясенный нравственно и физически, он не хотел или не мог понять, что той политике, которую он преследовал, не было более места». Другими словами, гр. Лорис-Меликову ставятся в вину лучшие черты его натуры — его вера в добро, его стойкость, его верность системе, которую он однажды признал истинной и целесообразной. Конечно, для него лично было бы лучше, если бы он умел применяться к обстоятельствам, — но тогда он не был бы тем Лорис-Меликовым, имя которого вышло чистым из всех превратностей изменчивой судьбы. Если он и был оптимистом, то какое же истинно великое дело возможно без веры в людей, для которых и с помощью которых оно предпринимается?.. Нет, рк лучше откровенная вражда, чем это балансирование между снисходительностью и строгостью. Лучше прямо называть время управления Лорис-Меликова (как это делают «Московские ведомости») «плачевной эпохой»; лучше уверять, что «старый кавказский боевой генерал был далек от истинного понимания той роли, которую заставляли его играть петербургские сумасбродные доктринеры и легальные анархисты»...

Арсеньев К.К. За четверть века (1871—1894). Сборник статей. Пг., 1915. С. 313-315.

¹ Автор этого некролога Арсеньев Константин Константинович (1837—1919), журналист, адвокат, общественный деятель, почетный академик (1900). В 1858— 1861 гг. публиковал в «Русском вестнике» статьи на исторические темы. В 1871 г. выступал адвокатом на Нечаевском процессе. Ведущий публицист «Вестника Европы» с момента возникновения журнала. С 1891 г. — один из редакторов «Энциклопедического словаря» Брокгауза и Ефрона. Арсеньев — автор ряда исследований о творчестве М.Е. Салтыкова-Щедрина. С 1911 г. — главный редактор «Нового энциклопедического словаря».

«Не слыхал последние годы почти ничего, кроме обвинений»

В прошлом месяце, 12-го числа, скончался в Ницце граф Михаил Тариелович Лорис-Меликов. Над могилой этого государственного деятеля, окруженного некогда беспримерною у нас популярностью, сумевшего в 16-месячный период своего управления, так сказать, оживить нашу жизнь, а умершего на чужбине, не слыхав последние свои годы почти ничего, кроме обвинений, — над этою могилой уместнее всего произнести христианское — мир человеку благоволения...

Та преобразовательная и общественно-приязненная идея, которой тогда явился представителем Лорис-Меликов, вовсе не была какою-то личною и произвольною его выдуманной, направленной к «упразднению правительства». Это было не что иное, как возвращение к началу царствования Александра II; это была та самая идея, из которой истекли освобождение крестьян, общественное самоуправление в земских учреждениях и самостоятельность судебной власти от бюрократии — в новом судопроизводстве. Это была та же идея, которая при начале царствования Александра I внушила ему учреждение министерств и Государственного совета, отмену тайной канцелярии, надежды на содействие лучших сил общества. И в то время, как в шестидесятые годы, как и в 1880 году, эта идея вносила в общество оживление, ставила перед ним яркую цель и вызывала к дружной работе для ее достижения. Страшное событие 1 марта нанесло удар и этим начинаниям.

Полонский Л.¹ Внутреннее обозрение / / Русская мысль. 1889. Кн. 1. С. 170—171.

¹ Полонский Леонид Александрович (1833—1906) — журналист, в 1870-х гг. вел внутреннее обозрение в «Вестнике Европы»; в 1880—1883 гг. издавал газету «Страна». Автор сборника «На досуге». Сотрудничал и в других изданиях.