Грамматические вольности современной поэзии, 1950-2020

В этом тексте слово любимый во второй строке может читаться и как существительное, и как прилагательное. Существительное было бы очевиднее, если бы там стояло тире, но правила пунктуации допускают и его отсутствие.

Мария Степанова помещает рядом антонимы, один из которых – прилагательное, а другой существительное:

Банный день стеклу и шинам.Юбки флагами с балконов.Летний воздух с тихим шипомВыпускают из баллонов,Он линяет, все меняет,Он проёмы заполняет,Человекоочертанья в нем, как шарики, висят —Зоны мертвого живогоГода с семьдесят второго,Года с пятьдесят восьмогоНи фига не отражают, а висят-не-голосятНаподобие холодных магазинных поросят.Мария Степанова. «Банный день стеклу и шинам…»

136.

Стихотворение Михаила Яснова «Кто у нас делает литературу» содержит грамматические ряды137, состоящие из субстантивированных причастий и субстантивированных порядковых числительных138:

Уцелевшие двадцатых,обреченные тридцатых,перемолотые сороковых,задушенные пятидесятых,надеющиеся шестидесятых,исковерканные семидесятых,разобщенные восьмидесятых,нищие девяностых —уцелевшие, обреченные, перемолотые,      задушенные, надеющиеся, исковерканные,      разобщенные нищие…Михаил Яснов. «Кто у нас делает литературу»139

.

В первой строфе, состоящей только из субстантивированных причастий и порядковых числительных, эти грамматические формы являются результатом компрессии – включения в субстантивы значения того слова, которое было бы определяемым в полном сочетании (люди или писатели). Для порядковых числительных, соответственно, годы.

Во второй строфе слова уцелевшие, обреченные и т. д. становятся адъективными формами, определяемое слово которых – нищие. Если бы перед словом нищие была запятая, такого грамматического преобразования не получилось бы.

Восприятие слова как причастия или как существительного может зависеть и от порядка слов:

в праге в старо-новой синагогенаходящейся напротив правдыкресло пастернака стоит и стоялопрямо рядом с креслом некоего маннаони вместе читали книгиу них часто соседствовали фамилиинапример в уничтоженных списках

в особенности в списках уничтоженныхНаталия Азарова. «в праге в старо-новой синагоге…»140.

Только когда прочитано последнее слово следующего фрагмента из поэмы Генриха Сапгира «МКХ – Мушиный след», можно понять, какие части речи – причастия или существительные предшествуют этому слову:

разлезающееся расползающееся разъедающеесярастрескивающееся распузыривающееся разволдыривающеесяраздувающееся разгноевающееся разгангренивающееся   разистлевающееся разистончаюГенрих Сапгир «МКХ – Мушиный след»141.

В современной поэзии есть очень много примеров десубстантивации тех существительных, которые были образованы от прилагательных.

Особенно это заметно в тех случаях, когда субстантивация, казалось бы, произошла окончательно, чаще всего это касается слов прохожий, леший, насекомое:

и в церкву не пройти,на миг едва-едва вошла

в золотозубый рот кита-миллионера —она все та же древняя пещера,что, свет сокрыв, от тьмы спасла,но и сама стеною стала,и чрез нее, как чрез забор,прохожий Бог кидает взор.Елена Шварц. «Черная Пасха»142 ; Они были юны, они повстречалисьНа жарком причале глыбокой реки.Восторженно чайки им что-то кричали,О чем-то приветно флажками качалиС прохожих судов моряки.Андрей Туркин. «Они были юны, они повстречались…»143 ;