Читаем Гражданская война. 1918-1921 полностью

Советское командование решило провести следующий план действий: 1) прервать все пути сообщения по железнодорожным магистралям между Украиной и Доном; 2) открыть [42] сообщение с Донбассом в обход Северо-донецкой железной дороги, действуя через Лозовую — Славянск; 3) установить связь между Харьковом и Воронежем через Купянск — Лиски и 4) наладить связь с Северным Кавказом, куда подтягивалась с Кавказского фронта большевистски настроенная 39-я пехотная дивизия. В общем, план предусматривал образование заслона в сторону Украины и сосредоточение всех усилий против Дона. 17/30 декабря 1917 г. отрядом Егорова (1360 чел. при 3 орудиях и 1 бронепоезде) была занята ст. Лозовая, а затем г. Павлоград, причем в первом пункте занимавшие станции гайдамаки бежали, а во втором — сдались без боя.

Тем временем на Донском фронте колонна Сиверса медленно продвигалась от Харькова к Донецкому бассейну, попутно разоружая мелкие украинские гарнизоны, а 4 января 1918 г. соединилась с красногвардейцами рудников.

К 7 января 1918 г. советские войска, обеспечив себя с запада заслоном на фронте Ворожба — Люботин — Павлоград — Синельниково, главными силами занимали Донецкий бассейн, со стороны Воронежа на Миллерово — Новочеркасск наступала сформированная в Воронеже колонна Петрова силой в 3000 штыков, при 40 пулеметах и 12 орудиях; ее головные части достигали ст. Чертково. 8 января Антонов-Овсеенко решает ликвидировать силы Каледина ударом своих главных сил со стороны Донбасса, для чего колонна Саблина должна от Луганска развивать наступление на ст. Лихую; колонна Сиверса, обеспечивая ее с юга, двигается на ст. Зверево, имея в виду в дальнейшем операции на Миллерово; колонна Петрова — на Миллерово с севера.

При развитии наступления колонна Сиверса увлеклась движением на юг, остановившись у ст. Иловайской, где два полка отказались повиноваться и были разоружены; отряды Саблина оказались слабы для наступления. Такой разрыв в операции позволил казакам выполнить короткий контрудар на Дебальцево и задержать наступление советских войск.

Колонна Петрова завязала переговоры с казаками у Черткова.

Фронтовое казачество, будучи настроено в пользу советской власти, держалось или нейтрально или переходило на сторону последней. Иногороднее крестьянство было также враждебно настроено к калединцам. Таким образом, благодаря [43] создавшемуся на Дону настроению в конце января в с. Каменской образовался военнореволюционный комитет и сформировался Северный казачий отряд (Голубев), присоединившийся к советским войскам. При помощи перешедших на его сторону некоторых частей Каледина отряд захватил станции Лихую и Зверево. Ревком начал было переговоры с Калединым, окончившиеся безрезультатно, так как партизанский отряд белых, под командой Чернецова, захватив Лихую и Звереве, заставил ревком перебраться на ст. Миллерово.

На Воронежском и Харьковском направлениях донские казаки ввиду разложения были заменены частями Добровольческой армии, которые на некоторое время задержали продвижение советских войск. Отряд Сиверса возобновил свое наступление 3 февраля, будучи усилен вновь прибывшими из центра революционными отрядами и мощным бронепоездом с морскими орудиями. Преодолевая сопротивление корниловцев почти на каждой станции, Сивере 8 февраля установил связь с революционным Таганрогом, где рабочие Балтийского завода (5000 чел.) подняли восстание, захватили город и принудили белогвардейский гарнизон с большими потерями отойти на Ростов.

Тем временем калединские части, перемешанные с добровольцами (отряд Чернецова), нанесли удар колонне Саблина у Лихой и отбросили ее в исходное положение — ст. Изворино, после чего Чернецов возобновил преследование сил Донского ревкома в направлении ст. Каменская — Глубокая. Отступая, эти силы у станции Глубокой соединились с подходившей от Воронежа колонной Петрова. Белым казакам удалось было овладеть этой станцией, но затем они были наголову разбиты соединенными силами красных и рассеялись. Саблин, усиленный подошедшим к нему отрядом черноморских моряков (400 чел. при 4 орудиях) и революционными отрядами Кудинского, в свою очередь перешел в наступление и 8 февраля вновь занял ст. Зверево и Лихую.

Одновременно происходило успешное разоружение казачьих эшелонов, следовавших со стороны Украины и Румынии к Дону по южным железным дорогам.

С востока белому Дону угрожали отряды революционного Царицына, занявшие ст. Чир. На юге в районе ст. Тихорецкой в тылу Каледина сосредоточивались части 39-й [44] пехотной дивизии старой армии, возвращавшиеся с Кавказского фронта мировой войны.

К 10 февраля сопротивление добровольческих частей и мелких калединских отрядов было окончательно сломлено, но продвижение советских войск происходило медленно вследствие порчи железнодорожных путей и опасения за свой тыл. 16 февраля колонна Саблина подошла к окрестностям Новочеркасска; атаман Каледин, в создавшейся обстановке панического настроения и деморализации белоказацких войск и своих сподвижников, покончил самоубийством.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное