Гражданская война. 1918-1921

Согласно этому плану получалась следующая группировка наших сил: севернее Варшавы на фронт в 100–110 км двигался ударный кулак трех армий силой в 40 000 с лишком штыков и сабель, что составляет около 80 % всех наличных сил Западного фронта (за округлением). Южнее Варшавы на фронте 100–170 км наступали 10 000 штыков и сабель части сил 16-й армии и Мозырской группы, что составляет около 20 % наличных сил фронта. Наиболее растянутым здесь являлся участок Мозырской группы (4193 штыка и сабли, увеличившийся с 12 августа еще 58-й стрелковой дивизией из состава 12-й армии, что довело ее численность, согласно данным некоторых авторов, до 6600 штыков и сабель), достигавший 100 км. Эта группа до сосредоточения 1-й конной и 12-й армий на Люблинское направление, по существу, являлась группой, обеспечивающей на Иваногородском направлении операцию всего фронта. Своевременный выход на это направление двух наших армий, общая численность [490] которых достигала 26 225 штыков и сабель (12-я армия — 11 225 штыков и сабель; 1-я конная — 15 000 сабель){250}, вместе с 6600 штыками и саблями Мозырской группы должен был образовать на Люблинско-Демблинском направлении второй сильный ударный кулак численностью в 32 885 штыков и сабель. Тогда получалась очень рельефная группировка, вполне отвечающая решительности намерений командования Западным фронтом: сильный ударный кулак на Модлинском направлении численностью в 40 000 с лишком штыков и сабель, менее сильный, но все же мощный кулак на Демблинском направлении численностью в 32 885 штыков и сабель и связующий их слабый центр в виде части сил 16-й армии.

В дальнейшем, после изложения оперативных планов противной стороны, мы постараемся дать общий анализ плана командзапа, а пока отметим лишь, что главной целью, которую он себе ставил, являлись не пространство или тот или иной географический объект как самоцель, а в первую очередь, живая сила противника. Но эта живая сила в данный момент, как увидим ниже, уже вплотную оперлась на свои главные источники материального питания. Поэтому судьба их была уже тесно связана с судьбой обороняемой территории и с главным материальным фокусом ее — Варшавой. Вот почему последняя не являлась самоцелью для командования Западным фронтом, а стала основным фокусом операции, поскольку привлекла на себя главную массу противника.

Как видно из книги А. И. Егорова, командование Юго-Западным фронтом задавалось весьма широкими задачами для польского крыла своего фронта. Оно еще 23 июля рассматривало львовскую операцию как преддверие своего глубокого вторжения в Галицию, стремясь утвердиться в дальнейшем на линии р. Сан от Перемышля до Радымно, а затем движением через Красник и Янов выйти на участок р. Вислы — Аннополь — Завихост{251}. Эта точка зрения осталась неизменной у командюза до того самого момента, как обе его правофланговые армии перешли фактически в подчинение командзапа. Но поскольку Львовская операция [491] затянулась, командование Юго-Западным фронтом фактически свои намерения в жизнь провести не могло, ибо все его распоряжения в дни, предшествовавшие передаче 12-й и 1-й конной армий (4 и 7 августа), были соподчинены интересам львовской операции, а не выхода на линии р. Сан и Вислы. Сравнение же идейной стороны планов обоих командующих представляется вопросом крупнейшего теоретического значения, поскольку оно привлекает наше внимание к старому, но постоянно возрождающемуся вопросу о взаимоотношениях между маневром и сражением.

В своем плане командзап являлся определенным сторонником разрешения кризиса войны решительным сражением во фронтовом масштабе. Он искал живой силы противника для того, чтобы ее уничтожить на тех направлениях, где ее вероятнее всего было встретить, т. е. на направлениях, ведущих к Варшаве как к ближайшему и главнейшему для обеих сторон объекту действий.

Командюз по логике своего оперативного плана задался целью достигнуть удаленных объектов на местности, причем на тех направлениях, которые по условиям сложившейся к тому времени обстановки приобретали второстепенное для противника значение, что он и показал, как увидим ниже, почти совершенно обнажив границы Галиции от войск, перетянув все свободные силы на Среднюю Вислу.

Таким образом, действия правофланговых армий Юго-Западного фронта, если бы им удалось приступить к выполнению плана командюза, свелись бы к простому захвату пространства, малоценного в данное время для армии противника, судьба которых решалась под стенами Варшавы.

До разгрома основной живой силы противника, сосредоточенной на направлениях, прикрывающих Варшаву, нечего было и думать о глубоком вторжении в сердце Польши через Галицию.

Вообще мы считаем, что поход на Краков без предварительного разгрома сгустка польских сил под Варшавой явился бы дележом шкуры неубитого медведя.