Гражданская война. 1918-1921

{66} Подробности окончательного оформления контрманевра Южной группы рисуются в следующем виде. 7 апреля командвост С. С. Каменев по прямому проводу спросил согласия т. Фрунзе на объединение под его командованием 1, 4, 5-й и Туркестанской армий. Согласие было дано, и тотчас же т. Фрунзе на небольшом совещании установил в общих чертах основную идею своего плана. Фрунзе настаивал на немедленном начале операции, не дожидаясь сосредоточения всех сил, предназначаемых главкомом на Восточный фронт (25, 31, 33, 35, 2-я стрелковые дивизии), на что потребовалось бы еще около месяца.

{67} Эта директива встретила возражения Фрунзе в том смысле, что точные указания фронтом задач для каждой из его армий делают излишним объединение в его лице управления ими, поскольку лишают его определенной оперативной самостоятельности.

{68} 2-я стрелковая дивизия в это время лишь подходила по железной дороге к Самаре. К 19 апреля там сосредоточилось всего 5 полков этой дивизии. Она нуждалась в пополнении.

{69} Протяжение фронта — 80 км; на 1 км фронта — 145 1/4 штыков и сабель.

{70} Общий резерв группы — 74-я стрелковая бригада — посчитан в составе своей дивизии.

{71} Протяжение фронта — 120 км; на 1 км фронта — 200 штыков и сабель.

{72} На 1 км фронта приходится 32 1/7 штыков и сабель.

{73} 25 апреля один из отрядов противника даже захватил этот пункт.

{74} Один полк 2-й стрелковой дивизии был брошен на Мелекес, один — направлен на Симбирск, где находился штаб Восточного фронта, а один из полков главком Вацетис еще на пути свернул в Глазов на усиление 3-й армии. В дальнейшем командование Восточным фронтом направило на Мелекес и подходившую бригаду 4-й стрелковой дивизии.

{75} 31-я стрелковая дивизия была двухбригадного состава.

{76} По-видимому, командование фронтом рассчитывало на скорое прибытие 33-й стрелковой дивизии из Астрахани и 1-й стрелковой дивизии из центра страны, которые Главное командование перебрасывало на Восточный фронт и предполагало ими усилить группу Фрунзе взамен взятых из нее частей, тем более что по новому замыслу командования Восточным фронтом наступление группы Фрунзе должно было начаться по окончании маневра против Сергиевской группы противника. Последующие события не оправдали этих предположений. Однако непосредственным их результатом было, как мы упоминали, направление бригады 4-й стрелковой дивизии главкомом не на Алатырь, как первоначально ходатайствовало командование фронтом, а на Мелекес.

{77} Более широкие действия Северной группы армий, по мысли командвоста, должны были начаться по окончании весенней распутицы. По-видимому, Северная группа должна была выполнить самостоятельно такую же операцию по ликвидации противостоящего ей противника, которая теперь начиналась Южной группой. В своих донесениях главкому командвост указывал, что для этого потребуется усиление 3-й армии одной, а 2-й — двумя бригадами. Отсюда можно сделать вывод, что командование Восточным фронтом в оценке возможного размаха операции Фрунзе предвидело доведение его до параллели Уфы и таким образом мыслило выполнить свою задачу в целом ряде последовательных операций. Учитывая пространственность театра и разброску на нем сил, это, конечно, являлось единственно возможным способом действий.

{78} Для подкрепления вышеприведенного нами утверждения о начавшемся внутреннем развале в армии белых весьма интересны подробности разгрома их 11-й пехотной дивизии. Он начался с перехода на сторону красных 41-го пехотного полка, перебившего предварительно всех своих офицеров, за исключением четырех, которых солдаты считали своими за их крестьянское происхождение и за продолжительное проживание в тех же местностях, откуда происходили солдаты.

{79} Итак, 5-я армия за время с 11 по 19 мая получила целый ряд взаимноисключающих указаний. 11 мая Самойло предусматривал нацеливание ее прямо на север для действий по тылам группы противника, ведущей борьбу за рубеж р. Вятки, затем 14 мая сворачивает ее на Белебей, 17 мая вновь ворочает прямо на север, а 19 мая уклоняет на северо-восток. Такие методы управления вызвали горячий протест ее командующего М. Н. Тухачевского. Вместе с тем в том назначении, которое Самойло давал 5-й армии, можно усмотреть отказ его от самостоятельной операции Северной группой армий, которую Каменев мыслил осуществить ударом 2-й армии в направлении Сарапуль — Воткинск и ударом 3-й армии в охват правого фланга противника. Некоторые исследователи (Огородников) указывали, что Самойло в этом случае явился лишь простым исполнителем распоряжений главкома Вацетиса.

{80} Тов. Фрунзе был несогласен с этой обстановкой. В телеграмме № 01645 от 19 мая он настаивал на немедленном проведении операции с целью овладения районом Уфы. После этого последовала директива Самойло от 19 мая о продолжении преследования. Она и директива от 18 мая и определили задачи армий фронта на время Уфимской операции. Эти задачи изложены нами в начале главы.