Гражданская война в России: Оборона Крыма

В ответ на мои телеграммы я получил копию Вашего сношения [с] начальниками британской и французской миссий № 017844 от 22 декабря и телеграмму генерала Лукомского № 84/109 от 3 января с сообщением, что англичане обеспечат эвакуацию раненых, больных и семейств, а гражданское население нужно направить сухим путем в Румынию, войдя для этого в соответствующие сношения с румынским правительством.

Со своей стороны, я обратился с письмом к начальнику британской миссии в Одессе, сообщая о Вашей телеграмме об удержании Одессы, и указывал на необходимость: 1) содействия союзников по вывозу семейств офицеров и гражданских служащих Добрармии, 2) содействия союзного флота по обороне подступов к Одессе, 3) срочной присылки дополнительного оружия и патронов, 4) желательность срочного восстановления Бугазского моста для пропуска в дальнейшем, в случае невозможности удержать Одессу, бронепоездов и составов с ценным военным имуществом и 5) пропуска в Бессарабию части одесского гарнизона в случае невозможности посадить его на суда (№ 0512 от 24 декабря).

Ответа от начальника миссии получено не было. Поэтому в миссию послан был офицер моего штаба с письмом [475] за № 0845 от 5 января с просьбой ускорить ответ на № 0512. Этому офицеру начальник британской миссии лично передал тут же написанный им ответ следующего содержания: 1) помощь морской артиллерией будет дана, 2) 10 000 ружей следуют в Одессу на пароходе «Авертон» и по приходе его будут выданы, 3) вопрос о восстановлении Бугазского моста не может быть разрешен в Константинополе, и запрос послан в Париж и 4) для вывоза семей и лиц, сочувствующих Добрармии, будут присланы суда в количестве, необходимом для вывоза 30 000 человек.

8 января последовало, однако, новое письмо начальника британской миссии за № 41, цитирующее телеграмму из Константинополя, с указанием, что Одессе опасность там не предвидят и что для эвакуации 30 000 человек пароходов предоставлено не будет, а если бы таковые и были, то возникает затруднение в принятии их в другие страны. На это письмо я ответил, что на обороне Одессы настаивало союзное командование, что это заставило внести изменение в план предполагавшихся действий войск Новороссии и что, хотя в настоящее время об оставлении Одессы говорить преждевременно, но это вопрос соотношения сил, и в 1919 г., обороняемая значительно большей армией Одесса все же была оставлена. Далее я настаивал на точном выяснении вопроса, на что мы можем рассчитывать со стороны союзников в отношении средств эвакуации (№ 0949 от 10 января).

Однако ответа на этот вопрос я не добился. Дальнейшая переписка и личные переговоры с англичанами носили все тот же присущий им дух уклончивости и неопределенности. Образчиком служит письмо № 50 от 17 января начальника британской миссии, приводимое мною в приложении и полученное в ответ на мое письмо № 010066 от 16 января, в котором я требовал категорического ответа на поставленные вопросы о помощи, какую я могу ожидать ввиду близости падения Одессы. Такой же характер носили и их словесные заявления.

Однако 18 января глава английской миссии лично мне сообщил под большим секретом, что он с большой [476] достоверностью может гарантировать проход наших войск в Бессарабию.

Между тем события на фронте развивались следующим образом: к 22 декабря войсками Киевской области были оставлены Бобринский и Знаменский железнодорожные узлы, и этим была прервана связь между группами войск, подчиненных генералам Промтову и Бредову. В течение дальнейших боев ясно обнаруживалась малая боеспособность войск Киевской группы, главным образом частей генерала Промтова, ослабленных тифом и частью длительной переброской походным порядком (5-я дивизия с приданными частями).

Для усиления состава этих войск принимались следующие меры: 1) производилась мобилизация, подкрепляемая в нужных случаях посылкой карательных отрядов, 2) использовались все средства для привлечения в ряды войск немцев-колонистов, 3) изыскивались все способы для участия в обороне Одесского района других сочувствующих Добрармии элементов (Отряд священного долга, атамана повстанцев Струка и др.) и 4) была сделана попытка организовать находящихся в Одессе и не несших службу по разным причинам многих тысяч офицеров.

Результаты принимаемых мер были весьма незначительны. Хотя по призывам являлись и многие, но по получении обмундирования и вооружения большая часть разбегалась, унося с собой все полученное. Кроме того, большой процент уклонившихся был во всех рядах призываемых.