Греческий мир в доклассическую эпоху

Чтобы население, столь разросшееся благодаря этим двум волнам переселенцев, смогло прокормиться, алалийцы прибегли к таким способам, которые заставили правителей Цере — крупнейшего приморского города этрусков, — ополчиться против них, вкупе с карфагенянами, которые тоже осознали, что их интересам на Корсике (и на Сардинии) угрожают разыгравшиеся аппетиты греческих пришельцев. Ок. 540–535 гг. до н. э. это привело к исторической морской «битве при Ал алии» (хотя, возможно, само сражение происходило вдали от Алалии). Формально фокеяне одержали победу над флотом, численностью вдвое превосходившим их собственный, но сами они понесли такие тяжелые потери, что большинство уцелевших решили покинуть Корсику (хотя, как представляется ныне, не все греки оставили остров). Фокеяне, уплывавшие из Алалии, вначале нашли прибежище в Регии (Реджо-ди-Калабрия), но позднее перебрались дальше, в Элею или Гиелу (Кастелламмаре-ди-Бруча) на юго-западе Италии. Там их новая колония вскоре расцвела и, благодаря Пармениду (Глава VII, примечание 59), стяжала славу философского центра — к чему никогда не было предрасположенности у самой Фокеи.

Иные из фокеян, бежавших поначалу от персов, впоследствии вернулись в свой родной город в Малой Азии, и храм Афины был отстроен заново. Фокея примкнула к Ионийскому восстанию (499–494 гт. до н. э.). Правда, ее граждане смогли выслать всего три корабля в помошь мятежным войскам, но слава о фокеянах как о лучших мореходах была столь сильна, что в тяжелейший миг, перед сражением при Ладе (495 г. до н. э.), ионийские капитаны сами передали командование фо-кеянину Дионисию. Он принялся учить моряков и морских пехотинцев таранным маневрам, но через неделю такой муштры под палящим зноем те отказались повиноваться приказам. Вот тут-то на греков напали персы — и одержали решительную победу. Дионисий же захватил три вражеских судна, но вскоре бежал в финикийские пределы. Там он потопил несколько купеческих кораблей, но немного погодя навсегда покинул восточное Средиземноморье и уплыл на Сицилию.

Глава 4. ЭОЛИДА: МИТИЛЕНА

Лесбос — крупнейший из греческих островов у западного (эгейского) побережья Малой Азии, лежащий к юго-западу от Адрамиттийского залива (ныне залив Эдремит). Остров, северная часть которого сложена вулканической породой, богат горячими ключами. Поселение бронзового века в Терми, на восточном побережье, поддерживало тесные связи с Троей на Азиатском материке; а в Пирре и Куртире (у залива Эврипа Пиррейского, на юге) и в Старой Метимне (на севере) имеются явственные следы микенских поселений. Гомеру, несколько раз упоминавшему остров, явно было известно о существовании главного города на Лесбосе, но пока его местонахождение не установлено.

Рассказывали, что одно время на Лесбосе жили фракийцы; позднее в храме Аполлона показывали лиру, будто бы принадлежавшую мифическому фракийскому певцу Орфею (Приложение 2). Но начиная примерно с ИЗО г. до н. э. среди островитян стали преобладать греки — выходцы из Беотии и Фессалии. С Лесбоса они медленно (из-за сопротивления коренных жителей — мисийцев⁵²) рассеялись по северо-западной части Малой Азии и соседним островам (примерно с ИЗО по 1000 г. до н. э., или чуть позже), заняв все земли от входа в Геллеспонт (Дарданеллы) вплоть до устья Герма; впоследствии эта область стала известна под именем Эолиды. Вступая в смешанные браки с мисийцами — в надежде сломить их сопротивление, — поселенцы основали ряд городов на материке. Одиннадцать из них, расположенные в южной части, объединились в амфиктионию — союз, первоначально имевший религиозное значение. Возможно, члены амфиктионии собирались в храме Аполлона в Гринее, но во главе союза стояла Кима — важнейшее из здешних греческих поселений⁵³.

Другие эолийцы, заселившие Лесбос, возводили свой род к мифическому персонажу, в честь которого и был назван остров, — внуку бога ветров Эола. Плодородные почвы и мягкий климат благоприятствовали развитию пяти лесбосских городов (Пентаполя, или «Пятиградья»), в число которых вхо-дили Митилена (на юго-востоке), Метимна (среди ее основателей были также выходцы из Эритр, Фокиды и со Скироса), Эрес (на юго-западе; город славился своей пшеницей), Антисса (на северо-западе) и Пирра, бывший микенский город. В этих городах, где власть передавалась по наследству внутри старинных царских родов, звучало негромкое эхо стародавнего микенского величия.