Греческий мир в доклассическую эпоху

По окончании самодержавного правления диктатора Демотеля, ок. 600 г. до н. э. самосская аристократия на короткое время вновь обрела главенствующую роль; к той поре, несомненно, богатство уже вступило в соперничество со знатным происхождением. Однако ок. 540 г. до н. э. аристократическое правительство было низвергнуто Поликратом — хотя возможно, что ему лишь досталось завоеванное предшественником или отцом, совершившим диктаторский переворот. Как бы то ни было, с помощью двух своих братьев Поликрат пришел к власти. Но вскоре, убив одного из них (Пантагнота) и изгнав другого (Силосона), он превратился в единоличного диктатора. Со временем он стал могущественнейшим государем, и о великолепии его двора ходили легенды.

Поликрат «одолжил» наемников у другого самодержца, Лигдамида Наксосского, а у себя на Самосе завербовал отряд из тысячи лучников. Он снарядил флот, куда входило сто пентеконтер и сорок триер (кораблей коринфского типа, которые он значительно усовершенствовал и, должно быть, первым нашел им столь широкое применение). С помощью этого флота он принялся с неслыханным размахом совершать ожесточенные — даже пиратские, по словам его недругов, — морские походы, стремясь превзойти мощью Милетское государство (уже попавшее под власть персов), которому, как и Ми-тилене, пришлось вынести нелегкое сражение с Поликратом. Как заметил Геродот, он первым из греков «задумал стать владыкой на море»²⁵ — и превратил Самос в сильнейшее из греческих морских государств своей эпохи. Он осознал, что при умелом применении такой флот поможет ему устоять против нападения крупнейших ближневосточных сухопутных держав. Таким образом, Поликрату удавалось удерживать времен нов равновесие между своими могучими соседями — Персией и Египтом.

Так, Амасис Египетский (как и его соседи из греческой Кирены) был только рад заключить с Поликратом союз. Но впоследствии фараон расторг эту дружбу, и вскоре после того, как власть унаследовал другой египетский правитель, Псам-метих III (525 г. до н. э.), — Поликрат выслал в помощь персидскому царю Камбису, шедшему войной на Египет, (военный отряд (набранный из неугодных самосцев, от кото- | рых Поликрат желал избавиться). Оказав поддержку Камбису, они вернулись домой и напали на самого Поликрата, но попытка их провалилась, несмотря на помощь коринфян и спартанцев. Рассказывали, будто Поликрат подкупил спартанцев, одарив их фальшивыми монетами из позолоченного свинца. Правдива ли такая подробность или нет, — это столкновение, видимо, положило конец торговым отношениям между Самосом и Спартой.

Между тем Поликрат поглядывал и в другие стороны. Ок. 525 г. до н. э. он присвоил Сифнос, завладев его богатыми серебряными рудниками, и захватил еще один остров — Ренею, что рядом с Делосом, — посвятив ее Аполлону Делос-скому. Он намеревался взять под контроль Делосские празднества и тем добиться главенства над греками-ионийцами.

Поликрат позаботился и о сельском хозяйстве, ввезя на Самос милетских овец и прочий скот для пополнения местных стад. Укрепленный дворец Поликрата стоял на акрополе I (доисторическая Астипалея), возвышавшемся над городом. Дворец не сохранился, зато у вершинной точки восхождения | была откопана сидячая статуя Поликратова деда (?) Эака. Город с портом опоясывала стена, относящаяся к тому же периоду; древний мол (400 м в длину и 35 м в ширину), которым завершалась стена, и поныне служит фундаментом современного мола.

Самосцы с толком использовали для повседневных нужд разные научные и технические новшества (хотя грекам в целом это было не очень свойственно). Так, они сумели подвести воду из источника к гавани, проложив тоннель длиной в 1038 м. Этот шедевр античного инженерного дела и топографии был задуман и выполнен в окончательном виде (хотя его строительство могло начаться раньше) Эвпалином Мегарским, состоявшим на службе у Поликрата. Он работал настолько хорошо, что даже спустя сто лет слыл величайшим во всей Греции мастером в этой области. Кроме того, когда

Герейон Рэка и Феодора был разрушен пожаром — возможно, ок. 530 г. до н. э. (или 520 г.? до н. э.), — по-видимому, именно Поликрат (может быть, еще раз заручившись помощью Рэка) решил восстановить храм. Восстановление было начато с небывалым размахом, в котором проглядывала явная мания величия, — столь небывалым, что работа велась в течение многих веков, но так и не была завершена. Новый Герейон превзошел величиной даже эфесский Артемисион: в нем было 343 м в длину и 17,4 м в ширину. Он стоял на приподнятой площадке, снаружи тянулись двойные колоннады из двадцати четырех колонн, а ряды внутренних колонн делили пространство храма на три нефа. И это был лишь один из множества роскошных даров, преподнесенных Самосу Поликратом за счет многих других городов. Не позабыл он и о домах разврата, взяв за образец устройство подобных заведений в Сардах, лидийской столице.