ГРУ против МИ-5 и ФБР. Скандал-63

Об истинном отношении Бэрона к Филиппу мне рассказал племянник фотографа. В 1994 году в Англии вышла книга о царствовании римских императоров. Написал ее племянник Бэрона, сын его сестры Рабы Нейхум, известный британский писатель и издатель Энтони Блонд. Мы познакомились. Мистеру Блонду было тогда 66 лет. В ответ на мой вопрос об отношениях Филиппа и его дяди он сказал: «Бэрон ненавидел его. Молча. Про себя. Не мог простить ему всех унижений».

Думаю, именно по этой причине Бэрон решил сохранить архив «Четверг-клуба». Полагаю, он хотел отомстить своему обидчику, выдав в прессу компромат на Филиппа.

Однако секретная служба, видимо, разгадала замыслы Бэрона.

Смерть в 50 лет — всегда неожиданность. Особенно если речь идет об энергичном здоровом мужчине. Бэрон скончался преждевременно — ничто не предвещало столь раннего ухода. Поэтому среди друзей и близких Бэрона получила хождение версия о преднамеренном убийстве придворного фотографа.

Незадолго до смерти, перед поездкой с Филиппом на яхте в Австралию (на Олимпийские игры 56-го года в Сиднее), Бэрон решил лечь на пару дней в клинику, чтобы подлечить ногу. Там и случился фатальный сердечный приступ. Секретная служба, судя по всему, использовала удобный шанс сделать пациенту клиники смертельный укол, провоцирующий остановку сердца. Никаких следов. Чисто английское убийство.

Фотоколлекция, дневник и альбом

Дуглас Томпсон

Статья в «Дейли мейл» о роли супруга королевы в деле Профьюмо

Книга Дугласа Томпсона

Вот что поведал мне по этому поводу Энтони Блонд: «Мать поддерживала связь с братом. Они переписывались. Редко, но встречались. Она рассказывала мне о дяде, ее беспокоила судьба брата. Мама говорила об испортившихся отношениях брата с королевской семьей. Ему фактически запретили встречаться с бывшими друзьями. Кроме того, дядя отказался передать в музей дневник и фотоальбом клуба, что ему настойчиво предлагали сделать некоторые влиятельные люди».

Бэрон заблаговременно через адвоката тайно завещал её своему другу, уже упомянутому выше доктору Стивену Уарду. Секретная служба на несколько лет потеряла след коллекции. А доктор Уард стал позднее помощником нашего разведчика Евгения Михайловича Иванова.

Уард как раз и передал коллекцию Иванову. Секретная служба Ее Величества не знала об этом, но шла по следу. Доктора Уарда отправили за решетку, пригрозили длительным тюремным сроком. Через своих осведомителей сыскари узнали, что коллекция, возможно, хранится в доме Уарда. Обыскали все углы, но ничего не нашли. Сам Уард о коллекции молчал и поплатился за это жизнью.

По версии официального следствия, причиной смерти было самоубийство — отравление барбитуратами. На самом деле имела место ловкая имитация самоубийства, профессионально исполненная британскими спецслужбами. Недавно в Лондоне известным писателем-историком Дугласом Томпсоном были опубликованы результаты частного расследования этого «мокрого дела». И раскрыта вся подоплека грязного убийства, совершенного по заказу власть имущих.

Итак, коллекция оказалась у Иванова. И что с ней произошло дальше?

Иванов вывез ее в Москву и втайне от начальства оставил себе. Почему он не отдал ее в распоряжение наших спецслужб? Ведь королевский компромат можно было применить, что называется, с пользой для дела. Вопрос не праздный. Я и сам задавал его Иванову. Мы совместно работали над книгой его воспоминаний для ее издания сначала в Англии, а потом и в России. Он утверждал, что не передал материалы Бэрона руководству разведки, потому что коллекция эта никому не была нужна (!).

Коллекция Бэрона

Руководители лондонской резидентуры ГРУ, с его слов, постоянно ставили ему на вид за то, что он занимается не своим делом. Его личных доводов и аргументов на этот счет никто и слушать не хотел. Кроме того, по утверждению Иванова, он собирался использовать коллекцию Бэрона, чтобы оказать необходимый нажим на британские спецслужбы и вынудить их освободить Уарда из заключения (например, в обмен на коллекцию).

Однако план этот Иванову реализовать не удалось. По возвращении из Лондона его отстранили от дел и отправили в Академию Генштаба.

Возможно, Иванов имел и другие виды на коллекцию, рассчитывая, скажем, на ней заработать. Сам он об этом не говорил, но думаю, что над этим задумывался. Однако и эти планы не были осуществлены.

Тайна коллекции оказалась раскрыта в начале 90-х. Очевидно, отставной разведчик проболтался о ней за очередной «рюмкой чая». Ну и поплатился за это жизнью. После нескольких попыток убрать его (сбить машиной на тротуаре) каперанг был направлен новоиспеченной женой (третьей по счету) в больницу. Затем оказался в психушке.