ГРУ против МИ-5 и ФБР. Скандал-63

Кое-какие детали этой сопряженной со скандальными слухами дружбы между Филиппом и Бэроном временами попадали на страницы печати, но, не получая необходимого в таких случаях документального подтверждения, быстро исчезали без каких-либо видимых последствий. Решение британских властей о «вековом» засекречивании досье на принца Филиппа — герцога Эдинбургского, скорее всего, свидетельствовало о наличии на него серьезного компромата, который во избежание нежелательных последствий не должен был увидеть свет хотя бы в течение ста лет.

Нетрудно представить себе, какого рода компромат способен подвигнуть его хранителей на введение столь продолжительного запрета на допуск к архивным материалам британской королевской семьи.

И все же статья в «Санди миррор» — это всего лишь информация о решении властей и сопутствующий ему комментарий журналиста.

Семью годами позже, летом 2003 года, другая влиятельная лондонская газета «Дейли мейл» опубликовала материал Тима Лакхерста на ту же тему, но с другим подтекстом. В ней говорилось о том, что в секретных архивах КГБ хранятся документы элитного «Четверг-клуба», способные при их разглашении фатально подорвать основы британской монархии.

Автор этой статьи фактически утверждал, что компромат на британскую королевскую семью — тот самый, видимо, что несколькими годами раньше было решено засекретить на сто лет — попал (причем еще в советские времена) в руки КГБ.

Как это произошло, автор статьи не говорил, он лишь утверждал, что такая утечка имела место. А возможным ее инициатором называл доктора Стивена Уарда, главного фигуранта скандального дела Профьюмо, известного остеопата и художника. А кроме того, добавлю, друга и добровольного партнера советского разведчика Евгения Михайловича Иванова.

Что ж, в этих откровениях британских газетчиков есть немалая толика правды. Ведь архив упомянутого выше элитного «Четверг-клуба» действительно был кладезем документированного компромата на членов королевской семьи. Но дело не только в нем.

Как утверждала в одном из своих номеров в феврале 2000 года другая лондонская газета «Мэйл-он-санди», у Главного разведывательного управления Генштаба в 40-е и 50е годы был «крот» в Секретной службе Её Величества.

Дерек и Николь Танги

Агент этот был известен под псевдонимом «Пара» и занимался в МИ-5 тем, чем в КГБ ведало Пятое главное управление — умонастроениями интеллигенции. В английском варианте — мониторингом настроений высшего общества.

Этим агентом был офицер МИ-5 Дерек Танги. Завербован разведупром РККА он был еще до войны во время путешествия господина Танги по Советской России. Его супруга Жанна Николь также работала на ГРУ. Она занимала пост пресс-атташе фешенебельного лондонского отеля «Савой» и считалась организатором так называемого «Клуба по пятницам». Это был, так сказать, клуб-родственник «Четверг-клуба».

Нередко заседания в четверг продолжались его участниками и в пятницу. Жанна Николь была хорошо информирована о завсегдатаях клуба, в числе которых был и герцог Эдинбургский. Поставляя информацию мужу, она работала не только на Секретную службу Её Величества, но и на Москву.

Еще одним кремлевским шпионом, по данным лондонской «Мейл», был агент, работавший под псевдонимом «Раб», — Томас Кронин.

Томас Кронин

В 50-е годы он служил сначала в Винфилд хаусе, где находилось в то время посольство США, потом у королевы Елизаветы II, а затем в Кенсингтонском дворце при принцессе Маргарите и лорде Сноудене. Во всех случаях кремлевский агент занимал должность дворецкого. С его помощью советская разведка установила «жучки» и в резиденции посла США в Риджент парке и в Кенсингтонском дворце, через забор от посольства СССР.

Другим важным дворцовым шпионом Кремля волею случая оказался и Евгений Михайлович Иванов.

Лорд Сноуден и принцесса Маргарита

Однажды Уард и Иванов коротали очередной вечер вместе на Уимпол Мьюз. Стив готовил кофе и предложил другу еще раз взглянуть на фотоколлекцию Бэрона. Евгений Михайлович в очередной раз принялся с любопытством разглядывать альбом и клубный дневник.

За стаканом виски и чашкой кофе Уард поделился с другом воспоминаниями о совместных похождениях в компании с принцем Филиппом и его кузеном Дэвидом, маркизом Милфорд-Хэван — об их вечеринках в кабачках Сохо, о походах за город на весёлые застолья к друзьям, о посиделках в лондонских клубах для избранных. Словом, о событиях, фотографии которых украшали страницы альбома. Рассказ был увлекательным.

Статья о дворцовых шпионах Кремля в «Мейл-он-санди»

— Но это всё цветочки по сравнению с тем, что случилось несколько лет назад, — признался затем Уард. — Герцог решил приударить за сестрой королевы принцессой Маргаритой. До поры им всё сходило с рук. Пока королева не застала их, так сказать, на месте преступления в Букингемском дворце. Привычки молодости проходят небыстро. Герцог — старый сатир.

— Эта история слишком похожа на банальный анекдот, — заметил Иванов. — Мало ли сплетен распускают злые языки?!