Гвардия Бога Войны

– Никогда не думал, что может существовать такое… запустение, милорд, – заметил Вейжон как-то утром. Он сменил свой плащ на толстое шерстяное пончо, какое носили почти все в отряде, и сейчас хлопал руками в варежках, оглядывая пустое белое пространство. – Сложно представить, что здесь вообще могут жить люди, даже летом.

– Ты же из Фрадонии! – поддразнила его Керита. Молодой рыцарь повернулся к ней, широко улыбаясь. Прежний Вейжон ни за что не стал бы одаривать такой улыбкой бывшую крестьянку, чья мать к тому же была шлюхой, пусть даже она и избранница Томанака. – Разве ты не говорил, что твоей семье принадлежат поместья в Вондерланде?

– Принадлежат. Но в Вондерланде деревни остаются на своих местах. Их обитатели не поднимаются и не уходят с наступлением зимы!

– Верно, но там живут фермеры, звероловы и рыбаки, – ответила Керита. – К тому же плотность населения в Ландрии и Ландфрессе гораздо ниже. Половина местных жителей – пастухи, их стада просто не могут зимовать в таких условиях, значит, им приходится уходить, а когда они идут на юг, они не хотят оставлять здесь свои семьи. Ты бы изумился, увидев, сколько народу сейчас движется по Северному Пути на северо-восток Растама. Но большинство уходит в другое место.

– Подожди, – озадаченно произнес Вейжон, – кажется, ты только что говорила, что пастухи уходят за своими стадами.

– Нет, я сказала, что пастухи не оставляют здесь свои семьи, когда не могут быть вместе с ними. Сложилась традиция, по крайней мере, она существует последние четыре-пять столетий с момента постройки Дворвенхеймского Тоннеля, по которой их семьи уходят на зиму к гномам. За проживание они платят бараниной, говядиной и олениной, и еще они обеспечивают ежегодный приток рабочих рук. Погода не позволяет вывозить товары на рынок до самой весны, но зато их подавляющее большинство изготавливается именно зимой.

– А я и не знал, – вмешался Брандарк. – Насчет того что гномы зимой используют дополнительный источник рабочей силы.

– Они так не делали, пока не появился Тоннель, – пожала плечами Керита. – Мне рассказывали, что все гномы в Контоваре отказывались делиться своими секретами с чужаками, да и в Дворвенхейме следовали этой традиции около шестисот лет. Но потом Империя Топора подошла к их границам, они увидели, какую пользу их сородичи извлекают из сотрудничества с другими народами, и не смогли удержаться и не последовать их примеру. В настоящее время люди в восточной Ландфрессе принимают такое же участие в промышленности гномов, как и сами гномы. Вы увидите, о чем я толкую, когда мы подойдем ближе к Тоннелю. Там города не вымирают зимой.

– Гм. – Базел кивнул, потом поднял бровь. – Из речей сэра Мехрика я понял, что больше половины его воинов отправляется в эти места. – Она кивнула, а он обвел рукой пустые пространства. – Тогда не могла бы ты пояснить мне, куда они делись?

– Думаю, мы встретим кого-нибудь из них через денек-другой, – заверила его Керита. – Их все равно не хватило бы для охраны всей дороги. Они собираются в отряды в городах побольше, таких, где на зиму остается достаточно населения. Учитывая состояние дорог, понятно, что выезжающие из Дворвенхейма предпочитают путешествовать, собираясь в караваны. Отряд доводит такой караван до очередного города и передает другому отряду. Потом воины возвращаются и сопровождают следующий караван. – Она снова пожала плечами. – Не слишком обременительно. На самом деле главной задачей Ордена в здешних местах является охрана тех жителей, которые решили остаться на зиму. Еще наши воины периодически выезжают в небольшие городки и деревни проверить, не поселились ли там какие-нибудь нежелательные личности.

– И все-таки эти просторы кажутся мне удручающе пустыми… и слишком огромными, – заметил Вейжон.

– Неужто? – спросил Базел, и что-то в голосе градани заставило рыцаря пристально поглядеть на него.

Глаза Конокрада сощурились под линзами из закопченного стекла, он стянул с правой руки рукавицу. Вейжон увидел, как градани поднял руку, словно собираясь почесать шею и будто невзначай отстегнул ремешок, удерживающий меч в ножнах.

– Милорд? – взволнованно произнес Вейжон.

– Мне кажется, тебе стоит немного проехаться вперед, Вейжон, – сказал градани, не меняя тона. – Постарайся не привлекать внимания, просто предупреди сэра Харкона, что вон в тех деревьях нас кто-то поджидает. – Он не стал показывать рукой, только повел ушами в сторону тисовой рощи, за поворотом подходившей вплотную к дороге.

– Да, милорд. – Вейжон быстро кивнул и сжал коленями бока лошади, заставив ее ускорить шаг.

– Теперь ты, Брандарк. Я был бы весьма признателен тебе, если бы ты взял на себя труд передать то же самое возницам, – продолжал Базел, когда молодой рыцарь отъехал. – Скажи им, чтобы держали луки наготове, но пусть заряжают их так, чтобы это не было заметно.

– Будет сделано, – отозвался Брандарк. Он остановил лошадь, спешился и, делая вид, что подтягивает подпругу, дождался, пока повозки поравняются с ним.

Керита повернула голову к Базелу:

– Почему ты так уверен, что нас кто-то поджидает?