И не пытайтесь! Древняя мудрость, современная наука и искусство спонтанности

Рассмотрев четыре стратегии достижения у-вэй, мы пришли к неразрешимому противоречию. Все встреченные нами мыслители утверждают, что если мы сможем достичь состояния совершенной спонтанности и естественности, остальное само сложится наилучшим образом. Мы будем пребывать в гармонии с Небом. Мы будем обладать дэ – харизмой, обеспечивающей общественный и политический успех. Мы сможем идти по миру со сверхъестественной легкостью. Однако все мыслители сталкиваются с проблемой, как стараться действовать искренне или без усилий. Нас призывают перейти в состояние, которое по своей природе кажется недостижимым через сознательное желание. Это – парадокс у-вэй^{165}: как стараться не стараться.

Этот парадокс, как и все парадоксы, неразрешим. Мы видели, что даже если древнекитайский мыслитель его “устраняет”, тот возникает снова – немного в другой форме. Он подобен Гидре и отращивает две головы вместо одной отрубленной. Более того, этот парадокс становится центральным во всех дальневосточных религиях. чань(дзэн) – буддисты прилагали огромные усилия, чтобы избавиться от него в VIII веке, когда школа, предлагавшая “постепенный” подход к просветлению (считавшая, что нужно упорно трудиться, чтобы стать просветленным; вспомните заветы конфуцианцев), была официально побеждена школой, отстаивавшей “внезапность” просветления (все мы будды, так что стараться не нужно; напоминает даосизм или радикальную трактовку Мэн-цзы). Парадокс разрешен постановлением! Любой, кто называет себя чань-буддистом, должен придерживаться догмы о внезапном просветлении. Однако почти сразу после победы наметился новый раскол: между “постепенным” внезапным подходом, утверждавшим, что нужны время и усилие, чтобы “пробудить” свою внутреннюю природу, и “внезапным” внезапным подходом: нет, нет, нет, мы не должны делать вообще ничего, иначе мы будем стараться, а ведь все мы знаем, что стараться – плохо^{166}.

Японский дзэн унаследовал это противоречие, превратившееся в линию разграничения между традициями сото и риндзай. Обе школы настаивали на “внезапности”: для дзэн-буддистов это условие теперь было обязательным. Однако приверженцы сото тяготели к тому, что мы могли бы назвать конфуцианской частью спектра: да, мы уже будды, но чтобы осознать это, нужны ритуалы и практики, и мы должны совершать дзадзэн под руководством наставника, и все это занимает много времени. Но не потому, что мы стараемся, помилуйте! Мы совершаем все эти практики, потому что это делают просветленные. Это раздражало более даосски настроенных представителей школы риндзай, которые говорили: убей Будду, сожги храмы, позабудь про дзадзэн, ритуальные поклоны, славные колокольчики и просто познай природу Будды, прямо сейчас, даже если это значит бегать по горам голым и пьяным, воя на луну. Любые организации, любые практики, любое сосредоточенное усилие загрязняет истинную природу Будды, которую нужно осознать – то есть просто проснуться. “Ага!” – отвечали люди из сото. Вы в своей риндзай одержимы пробуждением и не замечаете, что мы уже пробуждены. Нет нужды осознавать природу Будды! Мы уже являемся буддами, когда сидим на подушке. Более того, мы действуем спонтаннее вас: вы хотите достичь просветления, а мы уже его достигли. Ха, съели?

Современные мастера дзэн продолжают ломать голову над этим парадоксом. Судзуки Сюнрю, представитель школы сото, много лет учивший в Сан-Франциско, пытался втолковать ученикам, что в практике дзэн нет “ничего особенного”. Поскольку все мы уже просветленные, то не должны слишком увлекаться практиками. Сото – это “просто сидение”, без ожиданий и без цели. “Если практика – только средство для достижения просветления, – предупреждал он, – то, воистину, нам его не достичь!” Хитрость в том, чтобы совершать практики дзэн, не задумываясь о том, чтобы совершать их: “Строго говоря, любое прилагаемое нами усилие не способствует практике, ибо оно порождает волны в сознании. Однако невозможно добиться спокойствия сознания, не прилагая усилий. Необходимо прилагать определенные усилия, но, делая это, мы должны забывать себя”[9]. Слово в слово похоже на “Чжуан-цзы”.