Я - аферист. Признания банкира

На этой неделе праздники следовали за праздниками. Довиль с его миллионерами завершился полупровалом: Эдуард де Ротшильд не сказал мне и пары слов, однако на этом приеме нам удалось локализовать и другие богатейшие объекты, которые теперь будет мониторить Пьер-Жан. Чтобы достойно завершить торжества, я отправился на уикэнд в Лондон для участия в последнем крупном мероприятии счастливой глобализации. Полный восторг! Волшебная столица и рай для спекулянтов последние два десятилетия… Сити оставался, пожалуй, главным местом, где в Европе можно сделать деньги. Много денег. На самом деле Лондон — это последний налоговый рай, к которому относятся терпимо. Швейцарское правосудие в конце концов согласилось сотрудничать с налоговыми органами. Мы в Банке очень внимательно наблюдали за судьбой различных следственных поручений, которые множились в Европе и опасно усиливали юридическую взаимопомощь между европейскими государствами.

С другой стороны, Англия — остров, о чем частенько забывают. Здесь запросы французского или итальянского правосудия часто воспринимают без всякого энтузиазма. То же относится и к налоговым органам. Британская администрация до-, вольно обидчива, она во всем видит попытки вмешательства в ее компетенцию. И ограничивается в таких случаях подтверждением получения почты, за которым следует молчание. Причем длительное. Через какое-то время уже никто не рискует заговорить на эту тему, опасаясь потерять лицо. В результате одним из главных мест Великобритании, где международное сотрудничество осуществляется эффективнее всего и при этом с безупречным сервисом, остается "Аннабел". В уютной атмосфере этого элитарного английского клуба тот факт, что ты француз, далеко не всегда — недостаток.

Сегодняшнее мероприятие проводилось в отеле "Дорчестер", где я обычно встречался с Мэнди. По традиции, весьма респектабельный английский журнал The Banker вручал свои ежегодные премии особо выдающимся финансистам. Войдя в салон почтенного заведения, расположившегося практически на опушке Гайд-парка, я подумал, что на сей раз у нас нет особых причин поздравлять друг друга с профессиональными успехами. Мы, банкиры всего мира, здоровались и, как собачки, обнюхивали друг друга, словно пытаясь убедить себя в том, что бонусы будут жить вечно. Трогательное и нелепое зрелище.

Посреди ужина, который подавался при свечах в огромном гостиничном зале приемов, директор издания поднялся на трибуну, чтобы произнести приличествующую случаю речь, из которой следовало, что представители профессии проявили в последние месяцы безупречную честность и выполняли свои обязанности с несравненным мужеством. Я ущипнул себя, пытаясь понять, что я здесь делаю.

Вручение наград началось еще до того, как подали говяжье жаркое под мятным соусом: премия "За самый successful hedge fund"[20], премия "Самому рентабельному финансовому учреждению", премия "За лучший биржевой курс"… Недоставало только премии за честную и преданную дружбу! Вот Generate[21] поздравляют с достижениями его российского филиала. Эту премию, безусловно, нужно было присуждать в номинации "За черный юмор". Затем пришло время армянского филиала Credit Agricole — еще один прикол. Что же касается нашего Банка, который, как обычно, красовался на вершине, то он в результате собрал четыре премии, в том числе "За финансовые инновации". В высшем финансовом свете все поставлено с ног на голову, не сомневайтесь. Собственно, как я понимаю, именно в этом и заключается его истинная сущность. Тем не менее казалось, что эйфория будет длиться вечно.

По-хорошему, этим вечером The Banker должен был вручить главную премию: "За надувательство". Номинантов на нее хватало с избытком. Можно было бы присудить, скажем, "Оскара" за секьюритизацию: сколько же мелких акционеров отправилось в путешествие, из которого нет возврата?! Во всяком случае, для их накоплений. Что они купили, сами о том не догадываясь? Тухлые задолженности, состоящие из траншей долгов, сделанных живущими в Соединенных Штатах мексиканскими семьями, которые назанимали до 130 % стоимости своих домов, к тому же под плавающие проценты?! Когда проценты начали резко расти, несчастные оказались не в состоянии выплачивать свои долги, и их славные хижины конфисковали. Никакого риска? Именно так когда-то и полагали. А потом цены на дома упали. Клиенты отказывались возвращать займы, и зараза распространилась на все банки.