Что, если бы мы все начали сначала – каждый первый раз, каждый промах, каждое препятствие на нашем пути? Если бы теперь мы постарались? Что, если бы везде, где мы сворачивали направо, мы бы свернули налево? Если бы мы попытались решить все проблемы, перед которыми спасовали когда-то? Что, если бы мы орали друг на друга так яростно и громко, что все соседи включали бы свет и с тревогой выглядывали из дверей, но все же каждый раз мы решали бы остаться вместе? Что, если бы я сжала твою руку на пятьдесят третьей годовщине нашей свадьбы и поняла, что я не могла принять лучшего решения, чем прожить с тобой всю жизнь? Если бы нам это удалось? Если бы наша история длилась всю жизнь и была бы так прекрасна, что могла стать сюжетом для романа?
А что, если я ошибаюсь?
Что, если в ту самую секунду, когда ты вышел за дверь, я поняла, что у этой истории может быть только одна развязка? Если мы действительно перепробовали все и поняли, что ни бумбокс, ни амнезия, ни самые крутые повороты судьбы не могут нас спасти? Что, если я тебя отпущу?
Что, если мы продолжали жить своей жизнью, были счастливы от всего, что происходило, иногда терялись, но на самом деле никогда по-настоящему не держались друг за друга. Что, если нам это не нужно? Что, если когда-нибудь мы откроем такое непостижимое счастье, какое и не думали искать? Если наши жизни пересеклись только для того, чтобы создать контраст для тех историй, которые случатся с нами после? Что, если в самом конце мы сожмем покрытые морщинами руки совсем других людей и вспомним, какие невероятно счастливые жизни прожили с ними?
Что, если я никогда не сумею тебя вернуть?
И что, если – как бы ни было больно это признать – именно так выглядит счастливая развязка нашей истории?
Все мы влюбляемся во временных людей. Они входят в нашу жизнь стремительно и так же стремительно покидают ее. Они уносят с собой свои блестящие умы, потрясающие тела, распахнутые сердца. Они – ураганы, безумия, катастрофы; они освещают нашу жизнь, как солнце, и мы с радостью добровольно сдаемся им.
Нам хочется укрыться от бурь, которые эти люди несут с собой, но в то же время мы хотим оказаться в самом их эпицентре. Нам хочется их хаоса и безумия.
Нам советуют не влюбляться в таких людей. Но мы не можем это контролировать, даже точно зная, что не сумеем их удержать. В них нельзя не влюбиться!
Мы хотим их сейчас и навсегда. Мы мечтаем об их сонных улыбках за утренним кофе и их крепких объятиях перед сном. Нам хочется пить с ними вино субботними вечерами и нежиться в постели воскресными утрами. Нам хочется их слов и их молчания, всего лучшего и худшего, что есть в них. Нам хочется их целиком и полностью, но иногда они дают нам лишь небольшую часть себя. И как мы поступаем?
Когда мы не можем удержать этих людей, мы прячем воспоминания о них глубоко в сердце, чтобы всегда держать при себе. Мы вспоминаем их смех, когда на улице льет дождь, вспоминаем изгибы их тел, когда нужно почувствовать, что в этом мире все не так плохо. Мы воскрешаем в памяти счастливые моменты, которые разделили с ними, чтобы не дать им раствориться во времени. Мы дарим им бессмертие. Мы храним их живое дыхание в древних музеях нашего разума.
Потому что любви не нужно длиться вечно, чтобы остаться с нами всегда.
Мы не должны ненавидеть тех, кого нам не суждено было удержать. Мы не должны избавляться от мыслей и эмоций, связанных с ними. Мы можем оставить себе все это. Они могут быть важными для нас. Нам можно влюбляться и в тех, кто точно не будет держать нашу дрожащую морщинистую руку через пятьдесят лет после первой встречи.
Потому что некоторым людям просто не суждено остаться насовсем. Они приходят в нашу жизнь на время по какой-то не всегда понятной причине. Они приходят, чтобы показать нам мир таким, каким мы никогда бы не увидели его без них.
И что еще мы можем сделать, кроме того, чтобы держаться за них, пока они рядом? Что еще нам остается делать, кроме того, чтобы восхищаться их блестящими умами, их чистотой, смелостью, их светом, который пробивается даже в самые темные уголки наших жизней?
Мы можем только запоминать запах их кожи, вкус их тел, глубину их мыслей, пока они все еще рядом, здесь, осязаемы. Что нам остается кроме того, чтобы любить их всем своим существом, пока они не ушли?
В конце концов, никто не знает, сколько времени нам отпущено. Может быть, есть люди, встречи с которыми – настоящий подарок, даже если длятся недолго. Может быть, встречи с теми, кого мы можем так любить, – настоящее чудо, даже если не навсегда. И когда понимаешь это, уже не кажется таким невыносимым и невозможным позволить себе любить кого-то всем сердцем – а потом всем сердцем отпустить его.