Я, редактор. Настольная книга для всех, кто работает в медиа

ТИПИЧНЫЕ ПРОБЛЕМЫ НА ВЫПУСКЕ

АВТОР НЕ УЗНАЛ СВОЙ ТЕКСТ. Бывает. В зависимости от ситуации, редактор признаёт вину в том, что сразу не велел переписать весь текст заново, либо объясняет автору ключевые, самые характерные правки. Объясняет и журналистам. Если ты не можешь объяснить – важнейшее слово в коммуникации между редактором, почему здесь нужна такая формулировка, а не другая, – с тобой что-то не так. Даже неуместность того или иного слова нужно доказывать. Статья – относительно небольшой текст, и редактор не перетрудится оттого, что обоснует автору свои правки. Тем более что разбор правок чрезвычайно полезен любому журналисту, даже опытному, так как даёт другой взгляд на его творение и вообще учит смотреть глазами редактора. А значит, как я писал выше, и читателя тоже.

СЛИШКОМ ДЛИННЫЕ АБЗАЦЫ, ОБЪЁМ ТЕКСТА ПРЕВЫШЕН, ПАНИКА, МЫ ЖЕ В ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАЦИОННОЙ СЕТИ «ИНТЕРНЕТ»! Отставить панику. Если история захватывающая, то читателю всё равно, 8 тысяч знаков с пробелами в ней или вдвое-втрое больше. Другое дело, что оценивать, насколько захватывающим получился этот лонгрид, надо максимально цинично, с холодной головой. Что касается абзацев, то действительно лучше, если в финальной веб-вёрстке их объём не будет превышать шесть-семь строчек, но это не жёсткое требование. В конце концов, действие внутри абзаца может развиваться настолько динамично, что у читателя появится желание подольше оставаться внутри этого эпизода.

НЬЮСМЕЙКЕРЫ И ЭКСПЕРТЫ ПОТРЕБОВАЛИ ЗАВИЗИРОВАТЬ СВОЮ ПРЯМУЮ РЕЧЬ И СООБЩЁННЫЕ ФАКТЫ, НО НЕ УСПЕЛИ К ОБОЗНАЧЕННЫМ ЖУРНАЛИСТОМ СРОКАМ. Если договорённость о сроках зафиксирована письменно и перенос публикации текста угрожает изданию аудиторными или имиджевыми потерями, можете смело нажимать кнопку «Опубликовать». Это интернет, а не бумажный тираж, который нельзя вернуть с прилавков на доработку. Очнувшийся ньюсмейкер может прислать свою правку и позже. В этом случае см. раздел «Этика и конфликты»: если он радикально изменил смысл своих утверждений или вымарал факты, представляющие для вашего читателя ценность, вы можете указать ньюсмейкеру на это и не вносить такую правку (при условии, конечно, что он не должностное лицо и у вас сохранилась аудиозапись интервью). Да, последует конфликт, но если редактор уверен в своей правоте и убедился, что все ходы записаны, он с удовлетворением произнесёт: «Что ж, пойдёмте в суд». В суд редко кто ходит. Да, почти что каждый важный ньюсмейкер начнёт манипулировать вами, обещая впредь никогда не иметь дела с изданием и не сообщать по секрету ничего важного о своих врагах, рынке, ситуации в месте, куда только он имеет доступ, и т. п. Однако опыт показывает: чем меньше вы прогибаетесь, чем отчаяннее отстаиваете право читателя знать объективную картину происходящего, тем выше вероятность, что строптивый ньюсмейкер или эксперт через несколько месяцев сам выйдет на связь и вряд ли, конечно, признает вашу правоту напрямую, но продолжит с вами общаться.