Я слышу все… Почта Ильи Эренбурга 1916 — 1967

С «Либерасьон» по-прежнему плохо, но мы с Клодом Руа (несмотря на его собственные сложности) посмотрим, что можно сделать… Согласитесь ли Вы, в случае необходимости, провести «диалог» на эту тему на страницах «Тан модерн»? Если да, я поговорю с Сартром[635].

Мы увидимся с вами в Берлине 30 марта, я очень рад этому, но мне надо было бы самому ненадолго приехать в Москву сразу после Бюро <Всемирного Совета мира>, чтобы обсудить все серьезно.

Здесь я объяснил такую необходимость. Можете Вы со своей стороны поддержать эту идею?

Хочется надеяться, что по крайней мере у Вас уже, как и у нас, ранняя весна, которая сможет компенсировать другие холода.

Эм. д'Астье.

Спасибо за поддержку д’Астье — литератора[636].

Впервые — ДП. С.687. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.1239. Л.5. Ответ на письмо ИЭ от 27 февраля 1957 г. (см. П2, №386).

280. О.Д.Форш

<Ленинград,> 26 III 1957

Дорогой Илья Григорьевич

Здравствуйте! Так давно с Вами не было переписки, что боюсь, сразу подумаете — просьба…

И вот нет. Никакой как есть просьбы. Я давно хочу написать Вам. Недавно была совсем больна при конце и выбралась! Переживаю вторую молодость, такая облегченность души и тела и вот пользуюсь «отпуском», чтобы сказать милым людям, с которыми все дни шла и идет моя жизнь, ласковое слово. Вас и Любу очень хорошо вспоминаю. К Вам лично чувствую неизменную благодарность и восхищение за Ваши статьи во время войны. Они давали людям силу и утешение. Недавно порадовалась, что Вы написали про Пикассо[637] и надеюсь, что много еще скажете о живописи вообще — недавно разбирала архив мой и нашла часть рисунков Любы на «Под куполом»[638]. Хочет ли она, чтобы я ей их прислала? Они пером и приятные по светотени. Знаю, что вы хорошо знакомы с <В.С.>Гроссманом, передайте ему мой сердечный привет и уважение за его прекрасные книги. Жду от него большое. Если будете в Ленинграде, загляните к нам.

Будьте оба здоровы, счастливы, удачливы.

Ольга Форш.

Впервые. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.2302. Л.1. С писательницей Ольгой Дмитриевной Форш (1873–1961) ИЭ подружился в Париже в 1927 г. Сохранился экземпляр романа Форш «Ворон» (Л., 1934) с надписью: «Дорогому Эренбургу Илье Григорьевичу с большой надеждой на особое завершение его даров (хоть он уже не стажёр, а отличный писатель) Привет! Ольга Форш. 15 VI 1934».

280а. С.И.Сталина (Аллилуева)

Москва, 7.VIII. 1957

Дорогой и уважаемый Илья Григорьевич!

Когда я прочитала Вашу статью о Стендале в «Иностранной литературе»[639], моей первой мыслью было писать к Вам. Не знаю, о чем именно — о себе, о книгах, об искусстве вообще, о нашей молодежи, о «Красном и черном», о любви, о людях, которых я знаю, — словом, мне захотелось непременно с Вами говорить. Два дня я ходила с этой неотвязной мыслью — и вот, в результате Вы должны будете прочитать еще одно несуразное письмо из числа тех сотен, которые Вы получаете. Но я знаю, что Ваша профессия — «наблюдать человеческие сердца» и поэтому, может быть, Вам будет любопытно, что думает о жизни молодой советский литературовед, женщина, и притом человек не совсем обыкновенной судьбы.

Вот, профессия моя — литературоведение. Я, конечно, плохой литературовед; у меня нет статей, монографий. Но я очень люблю литературу, с детства; процесс оформления чувства и мысли в слова всегда представлялся мне чудом, а Жан Кристоф и Аннет Ривьер[640] — мои друзья, без которых я скучаю, когда их долго нет. Мои друзья со школьной скамьи, мои однокурсники по университету, мои сегодняшние товарищи по работе (я работаю в Институте Мировой Литературы им. Горького) — все мы любим литературу со всей страстью сердца. Но вот беда: у каждого из нас да и у других наших коллег, есть десятки интересных мыслей об искусстве, но мы никогда их не произносим вслух в те моменты, когда нам представляется трибуна научной конференции и страницы журнала. Там мы пережевываем жвачку известных всем высушенных догм. И это не от нашего лицемерия, это какая-то болезнь века, в этой двойственности даже никто не видит порока, это стало единственной формой мышления интеллигенции (я говорю о своей среде, которую знаю).