Я стираю свою тень

Айрис шаркала шлепанцами все увереннее, и при этом с любопытством вертела головой, рассматривая яркие витрины магазинов.

— Красиво, — призналась она мне, спустя десять минут бесцельного рассматривания.

— У вас такого нет?

— Нет. У нас вообще нет такого понятия, как магазин.

— А как же вы одеваетесь?

— Обыкновенно. У нас в доме есть такое место, типа принтера для тела, зашел в него голышом, а он по тебе скроил одежду, тютелька в тютельку, не то, что этот кусок ткани на мне.

— Оно тебе идет.

— Не уверена. На меня все так смотрят, будто у меня на лбу написано, что я другая.

— Ты другая, потому что не стараешься показаться лучше, чем ты есть, в отличие от большинства тех, кто здесь находится. Женщины это замечают.

— А мужики чего тогда лупятся?

— Ты очень красивая, даже в этих шлепанцах.

— Гордей, мне не нравятся люди, которые делают мне комплименты в надежде получить расположение. Возьми в руки себя и свои гормоны. Я уважаю сильных.

— Я не делал тебе комплимент.

— Вот и не делай.

Меня коробила ее бесцеремонность. Конечно, опыта общения с женским полом у меня было маловато, а с другой планеты или космической станции так и подавно. Только это не оправдывало ее хамства. Нельзя же вот так, прямо с первых часов знакомства вести себя так, будто я отношусь к какому-то ущербному виду людей.

Мы подошли к витрине того самого магазина, в котором я купил ей платье. Айрис тут же заметила сходство между тем, что надето на ней и тем, что на пластиковом манекене.

— Это безглазое бесполое существо очень похоже на домашнего помощника. Четвертый закон робототехники: робота всегда можно отличить от человека.

— Не слышал о таком.

— Тебе повезло, Гордей, со мной ты будешь знать столько, сколько не знает никто из землян. Если, конечно, не надоешь мне своим занудством.

Вот тут я был неуверен. Я обожал занудствовать, считая эту черту проявлением перфекционизма, к которому был склонен.

Глава 3

Моя карточка опустела, но за тот миг триумфа, который я пережил, потраченных денег было не жалко. Продавщицы, у которых я покупал платье, увидев Айрис, уронили челюсти на пол. Космическая знакомая, увидев их реакцию, подыграла мне, выставив себя любовницей, капризной дурочкой. Чувство стиля пришло к ней по мере примерок. Продавщицы замучились носить в примерочную одежду. Я же насмотрелся на прекрасное тело Айрис, переодевающуюся на моих глазах без всякого стеснения.

Мы купили ей тонкий мягкий костюмчик и кеды к нему, джинсы, пару маек, бейсболку с надписью «The truth is out there», кроссовки и нижнее белье. Нам упаковали все это в несколько сумок и подарили максимальный дисконт. Айрис осталась в платье и кедах. Теперь она выглядела обыкновенно, но при этом сногсшибательно. Я несколько раз ловил на себе удивленный взгляд девушек-продавщиц, и мне было от этого приятно, будто я отомстил им за их отношение ко мне в первый визит.

В галереях торгового комплекса наступила очередь ловить восхищенные взгляды со стороны мужской половины. При такой девушке меня могли принять за кого угодно, но точно не за того, кем я был на самом деле. За богача, мажора или медийного человека. В тот момент, непривычный для меня, я готов был принимать эту игру, наслаждаясь тем образом, который мне придумывали окружающие.

Мы с Айрис уже подошли к выходу, когда между охранником торгового комплекса и пьяным посетителем начался конфликт. Мужчина, лет сорока с гаком, с толстой золотой цепью на волосатой шее, откровенно провоцировал конфликт. Внешне он очень сильно напоминал недобитого в «девяностые» братка. Харизматичный тип, видимо, очень прочно вжился в роль человека, который считал хамство и «быкование» основой доминирования, которое в свою очередь являлось эксклюзивным правом человека его уровня.

Айрис остановилась.

— Это нормально? — спросила она у меня.

— Не совсем. Этот кабан явно неправ, но у охранника слишком мало полномочий, чтобы противостоять ему.

— Полномочия — это завуалированное слово «сила»? — она как будто не поняла, что у конфликта есть юридическая сторона, которая вяжет по рукам и ногам представителя закона.

— Нет. Просто охранник не может применить силу, а этот грубиян пользуется этим.

Тем временем пьяный бузотёр дал волю рукам. Толкнул мужчину в грудь, отчего у того слетала с головы форменная кепка. Охранник отступил и попытался вызвать по рации подмогу. Братку это не понравилось.

— Ты как баба! — выкрикнул он брезгливо. — Давай один на один!

Физически браток выглядел крепче, и совсем не боялся вступить в драку, заранее чувствуя себя победителем.

— А нас здесь тоже снимают? — спросила Айрис.

— Конечно, — я не понял, зачем она это спросила. — А тебе зачем?

— Откуда?

Я повертел головой, увидел две камеры и показал на них своей знакомой. Она внимательно рассмотрела их, о чем-то подумала и направилась к фермерскому островку, на котором продавали фрукты, овощи, орехи и ягоды. Подошла и взяла в руки зеленое яблоко.

— Этот человек за него заплатит, — произнесла Айрис удивленной продавщице.