Я стираю свою тень

— У меня призвание к этому, понимаешь? Я почувствовала, что мне очень интересно распутывать клубок улик, строить версии и находить виновного, или пропажу, да что угодно, главное, чтобы в самом начале была тайна, — глаза Айрис горели светом сверхновой. — У нас нет такой профессии — детектив или следователь. У нас и преступность иного рода, — она постучала пальцем по голове, — ментальная.

— Ты не сможешь легально работать, потому что ты не гражданин страны. Ни о каком трудоустройстве на такую работу не может идти и речи. Даже если в течение пяти лет тебе дадут гражданство, комиссия все равно не одобрит твою кандидатуру на роль частного детектива, — я уже почитал информацию в интернете об этой экзотической профессии.

— Я все придумала, Гордей. Официально детективом будешь ты, а я буду всегда рядом, помогать в расследованиях. Если хочешь, можешь совсем не работать, я буду все делать сама.

— А как же склад? Я там на хорошем счету, у меня уже такой огромный опыт, на меня многое завязано, — от мысли поменять работу мне стало не по себе.

Айрис посмотрела в потолок.

— Вижу надгробие на твоей могиле с надписью: «Уволился посмертно». Ты что, рожден коробки с места на место переставлять?

— Нет, на складе работа более разнообразная.

— В расследовании преступлений она разнообразнее в миллион раз, — Айрис приблизилась ко мне лицом и заглянула в глаза, как удав кролику.

— Мне надо серьезно все взвесить. Я не люблю ничего менять, когда в этом нет особой нужды.

— Хорошо, — Айрис встала из-за стола, чтобы налить себе еще немного чая. — Я сегодня никуда не пойду, буду теоретически изучать профессию детектива. Вечером продолжим разговор.

Я был уверен, что к вечеру моя уверенность в том, что мне не хочется ничего менять, только усилится. Идея Айрис с моей позиции казалась самодурством. Она еще ничего не знала о нас, о наших порядках, а уже так самозабвенно была уверена в своем желании заниматься такой специфической деятельностью, требующей огромных знаний в области взаимоотношений и прочих вещей, непонятных человеку, выросшему в другом мире.

Петрович в этот день был выходным, а Тамара Львовна вдруг превратилась в саму любезность, будто почувствовала, что я могу уволиться, поставив учет всего магазина под удар. Она специально создавала для меня идеальные условия работы. Накормила завтраком, отпустила на обед, пообещала к зарплате добавить премию, направив мои блуждающие мысли в нужное ей русло.

— Она думает, что при такой девушке ты не сможешь долго здесь работать, — шепнул Андрейка.

— Она тебе сказала? — поинтересовался я.

— Я слышал, как она с директором по телефону общалась. Очень беспокоилась, — коллега смерил меня взглядом. — Ты же не собираешься уходить?

— Ну, нет, вроде, — ответил я неуверенно. — Мысли были, но в отдаленном будущем.

— Без тебя магазину кирдык, — Андрейка приставил указательный и средний палец к кадыку. — Но будь я на твоем месте, я бы выбрал работу поденежнее этой, чтобы удержать такую бабу.

— Айрис не баба.

— Айрис? — Андрейка впервые услышал ее имя. — Она не русская?

— Русская. Из Канады, — соврал я с ходу, растерявшись. — Родители иммигрировали туда, а она решила вернуться на родину предков.

— Прикольно, — Андрейка хмыкнул. — Ясно теперь, почему она тебя выбрала.

— Почему?

— Деньги у нее есть, наверное, выбирала по душе, — коллега усмехнулся. — Так что работу можешь не искать.

— И не собирался.

— Пойду, обрадую Тамару.

— Не вздумай, стукач, профиль заблокирую.

— Я пошутил, — лукаво отмазался Андрейка.

Он, конечно же, доложил Тамаре. Я заметил, как она неожиданно успокоилась и сменила отношение ко мне на привычное. Мне так было даже комфортнее. Я не чувствовал себя обязанным. Ничто не создает у меня на душе такого дискомфорта, как необходимость ответить благодарностью за благодарность.

В этот день я работал во вторую смену. Последним закрыл склад, опечатал и сдал ключи охране. На улице уже было темно и морозно. На дороге, в трех метрах от входа в магазин замерла автомобильная пробка. Народ спешил с работы домой и нервничал из-за аварии, случившейся метрах в пятидесяти впереди. Я сел в машину, как следует прогрел ее и включил сигнал поворота.

Пришлось подождать, прежде чем мне уступили место в пробке. В этот раз я не спешил домой, вел воображаемый диалог с Айрис, убедительно аргументируя ей глупость затеи с детективной работой. Сегодняшний день еще больше убедил меня в том, что я нахожусь на своем месте. Меня боялись потерять, и это льстило. Годы на складе не прошли для него даром. Я стал его неотъемлемой частью, структурообразующей шестеренкой, без которой механизм пошел бы в разнос.

Мне посигналили сзади. Черт, я задумался и не заметил, как машина передо мной уехала вперед метров на двадцать. Я догнал ее. Неожиданно зазвонил телефон. Обычно я не беру трубку на ходу, чтобы не попасть в аварию, но на этот раз взял, потому что стоял на месте. Звонила Айрис, да и кто мне будет звонить еще.

— Ты где, Гордей? Ты должен быть уже дома. С тобой ничего не случилось? — в голосе космической гостьи прозвучала тревога.