Я стираю свою тень

— Что это? — она осмотрела ее со всех сторон и понюхала. — Одеколон за тридцатник. Это то, что я думаю?

— Да.

— Ты решил постирать белье в самой дорогой прачечной города? — Айрис хитро рассмеялась.

— Меня сегодня нашел какой-то мафиози и предложил пошпионить за дружками, которые приворовывают его деньги.

— О, здорово. Я уже соскучилась по настоящей работе. Сегодня пришлось искать туфельку у одной маленькой девочки, то еще было расследование. Когда приступаем?

— Я пока не дал согласие. Это же криминал, и они все знают обо мне. Меня это немного напугало. Что, если мы слишком увязнем в их делах, что придется до скончания своего короткого века сотрудничать на них?

— Брось, Гордей. Я стою, без ложной скромности, десяти ваших мафиози в любом плане, как в физическом, так и интеллектуальном. Если замараемся, спрячемся в другом городе, и всего делов-то. Сколько предлагал за работу?

— Шестьсот.

— Шесть сот? — Айрис переспросила, решив, что ослышалась. — И ты, высокомерный осёл, еще думал?

— Я не осёл, просто не хотел принимать решение единолично. Мы же пара. В смысле, пара детективов.

— Звони этому Мариарти, скажи, что придешь завтра постирать белье.

— Что за ерунда? — я не понял, к чему это она сказала.

— Прачечная. Мало ли с какой целью он придумал эту инсценировку. Звони.

От новости у Айрис случился выброс гормонов счастья, отразившихся в ее разгоревшихся глазах. Я набрал номер. Признаться, меня немного трясло от волнения. Не часто приходится звонить криминальному авторитету. На том конце трубку взяла женщина.

— Здравствуйте, это прачечная. Чем могу помочь? — спросила она бархатным голосом.

— Я… я хотел бы постирать белье. Завтра.

— Замечательно, есть окно в двенадцать часов и четыре вечера, — сообщила женщина.

— Двенадцать, — выбрал я.

— Ждем вас по указанному на визитке адресу. До завтра, — она положила трубку.

— Вот так конспирация, — удивился я. — Мне что, реально к ним ехать с корзиной грязного белья?

— Играть — так до конца. Соберем парашюты твоей тетушки и поедем.

Остаток дня Айрис выглядела воодушевленной. Мне хотелось думать, что это больше связано с предстоящим делом, а не с ее новым коллегой Сашей. Не шла у меня из головы эта скалящаяся бородатая морда. Нарцисс. Мой озабоченный вид не ускользнул от взгляда Айрис. Парой наводящих вопросов она без труда выяснила ее причину. Ее удивило, что я до сих пор думаю об этом. После душа, когда я собирался идти спать, Айрис напала на меня со спины, сдернула халат, повалила на кровать и оседлала сверху. Она была полностью обнажена, и в руках у нее был телефон. Она сделала селфи, выбрав самый непристойный ракурс.

— Сейчас отправлю Саше, чтобы вы оба знали, как я к вам отношусь.

— Не вздумай! — я попытался выдернуть телефон из ее рук, но куда там, реакция у нее была мгновенной. — Не делай этого!

— Почему? Ты мне не доверяешь. После такого снимка Саша поймет, что у него нет шансов, а ты поймешь, что мне с тобой интереснее. Если не будешь занудничать, — она повернула телефон экраном ко мне и занесла палец над кнопкой «отправить».

— Нет! Я всё осознал. Он мне не конкурент.

— То-то же, — Айрис убрала палец от кнопки. — Давай еще пару снимочков сделаем на память, — она не шутила. Сделала несколько фотографий и рассмотрела их. — Может быть, напишу книгу про мои земные приключения и вставлю эти фото для иллюстрации.

— Я смотрю, у вас там с моралью совсем плохо.

— С моралью у нас все хорошо, у нас с книгами плохо.

— Почему?

— Сюжетов нет. Сытость и комфорт не способствуют творчеству.

— Согласен. У нас говорят, художник должен быть голодным.

— Ну что, художник, — Айрис хитро посмотрела на меня, — используем нашу ситуацию для нового сюжета, — она недвусмысленно подвигала тазом.

— Только телефон убери, а то у меня боязнь камеры.

Глава 13

Мы подъехали к назначенному времени к той самой прачечной, адрес которой был указан на визитке. Я шел с пустыми руками, Айрис несла конспиративный узелок из простыни, в котором лежали постель и одежда моей родственницы. Со стороны мы должны были выглядеть как обычная молодая семья с правильным распределением обязанностей, хотя это я был прикрытием для первой скрипки нашего дуэта.

Перед нами из прачечной выскочил лысоватый крепыш в красной майке. Он был явно чем-то недоволен. Прыгнул в дорогую машину и резко умчал. Мы переглянулись.

— Ну точно, он расстроился из-за плохо постиранных трусов, — произнес я вслед скрывшейся машине.

— Кровищу не отстирали, — подыграла Айрис.

Мы скромно хохотнули. Я волновался. У меня было стойкое неприятие криминального образа жизни и внутренний страх перед людьми из этой сферы. Айрис выглядела как обычно. Я приоткрыл перед ней дверь.

Это была настоящая прачечная. Столы уставлены корзинами с заказами. В воздухе витал стойкий запах хлорки и кондиционера для белья. Женщина в белом платке и белом халате сидела за столом и ковырялась в телефоне.

— Добрый день, — она поднялась, когда мы вошли.

Бросила удивленный взгляд на узелок в руках Айрис, потом на нас по очереди.

— Постирать? — спросила она неуверенно.

— Нам было назначено на двенадцать, — сообщил я.