Я твой монстр

– И это даже хорошо. Нет, он попытался меня убить, так я в основном уклонялся. Возможно, это сыграло мне на руку? Ну и тот факт, что долго там проработал да питался лишь мертвечиной. Оставил он меня на том кладбище, а после сюда помог перебраться. Здесь-то оно лучше. Никто шуметь не будет. Про каждый труп всё знаю, теперь не ошибусь, оттяпав лишка не от того. Да и у Дина на виду, так что не забалуешь, – он нервно хохотнул.

– А здесь – это где? – поинтересовалась я осторожно, чтобы не спугнуть ответ.

– Морг. Сюда привозят трупы со всего города. Городок не самый большой, но люди мрут практически каждый день, так что голодным не остаюсь.

Он покончил с руками этого неизвестного и перевернул его на живот. А силы в нём достаточно, и не скажешь, что старый.

– А вы кем были?

– Так охотником, – Бранс придирчиво оценил филейную часть мужчины, необычно для створга цокнул языком и приступил к вырезанию самой лучшей части у этого трупа. – Ушёл в самоволку, как и многие до меня, задолго до моего праздника Проклятых богов. Думаю, я и так достаточно отдал клану, чтобы решать самому, как и от чего умирать. А ты как попалась?

– Пыталась съесть его добычу, а потом его.

– Ну ты даёшь! И до сих пор жива? Да ещё подкормлена? И не на цепи? – Это его развеселило так, что он прервал своё занятие, чтобы отсмеяться.

– Сама удивляюсь, – пробурчала под нос, понимая, насколько глупо выгляжу.

Не впервой, но всегда обидно и стыдно. Спрашивается: когда ума наберусь?

Бранс закончил веселиться и вернулся к заднице трупа.

– А люди, работающие здесь, знают, что вы створг? – последнее слово я буквально прошептала, чтобы не накликать случайно беду и на этого весёлого старичка.

Жизнь среди людей его изрядно смягчила, раз позволяет мне задавать вопросы, так ещё и охотно на них отвечает.

– Нет, конечно, – и он хохотнул, как над не очень удачной шуткой. – Не знаю, что там задумал охотник, – теперь Бранс перешёл на шёпот, покончив с разделкой филейной части, – но думаю, тебе лучше побыстрее перейти на человеческую модель поведения.

Не буду спорить, совет хороший. Сама об этом размышляла.

– Знать бы ещё повадки людей, – сказала я и попыталась изобразить взгляд Куста, которым она смотрела на Дина, напрашиваясь на его согласие.

– А у тебя неплохо получается, – хохотнул он вновь. – Но не забывай про улыбку. И да, взгляд поменьше отводи. У людей в порядке нормы — взгляд в лицо для начала, но, в принципе, и в глаза можно смело смотреть. А если будешь носки туфель изучать, сочтут за слабачку, лгунью или кого похуже.

Улыбку, значит? С этим могут быть проблемы. Так легко и непринуждённо, как у Бранса, у меня точно не получится. Могу скалиться в предвкушении чего-то вкусненького, а улыбаться... Придётся обходиться без улыбки пока.

– А у вас есть артефакт? – Стало интересно, насколько свободен этот створг.

– Артефактами не пользуюсь. – Не понял он меня.

– Такой, – повернулась, скидывая капюшон и отводя в сторону волосы.

– Нет. Такого у меня не было, – услышала ответ, разворачиваясь обратно к нему лицом.

Значит ли это, что охотник его снимет, когда убедится, что я безобидна, как этот любитель мертвечины? Тогда надо бы разузнать как можно больше информации. Вопросов на деле очень много, но какие действительно важные и помогут мне расположить к себе охотника?

– Ну а Дин, неплохой, хоть и странный, – сообщил Бранс.

– Это я заметила.

– Уже продемонстрировал себя с хорошей стороны?

– Уже продемонстрировал себя со СТРАННОЙ стороны. Он же проклят так, что может посоревноваться с богами. Съесть нельзя, убить не получится. Тот Куст, к примеру, пыталась что-то сделать с ним, а на него это не подействовало.

– Куст? Ты про Кассандру? Она всё время пытается его заарканить. Всю магию на это изводит. И на работу ходит, как будто здесь балы каждый день даём. Мысленно я её уже погрыз со всех боков. Только – тсс – это секрет.

Я кивнула. Да и кому мне об этом доносить? Охотнику? Или самой Кассандре, чтоб она пыл свой поумерила?

– Ты на людей охотилась? – спросил Бранс, лишая меня возможности озвучить выбранный вопрос.

Он закончил с первым трупом и накрыл его тканью, чтобы глаза не мозолил отсутствием кусков плоти.

– Пробная считается?

– Сколько добыла? – он облокотился на стол за ним и не сводил с меня изучающего взгляда.

– Ни одного не зачли.

– Что, ворон ловила?

– Просто не приняла участие.

– Для пробной не кормят ведь, чтобы раззадорить охотничий инстинкт, – с сомнением в голосе сказал Бранс.

– Не кормят.

– Тогда, – он расплылся в хитрой улыбке и потёр свой подбородок, – вы с ним похожи.

– С ним? – озадаченно склонила голову на бок, прося пояснить.

– Монстр, что на охоте не убивает добычу, и охотник, не убивающий монстров.

– Нет, – не согласилась и тут же напряглась. Нельзя возражать старшим в такой резкой форме.

– Ну, это твоё мнение, а это моё. Я за несогласие с моими словами никого хвостом не стегаю, знаешь ли. Да и вообще давно уже не оборачивался, если честно. – Он задумался, пытаясь вычислить, когда это было в последний раз.

Честно? Монстры и честность – вещи несовместимые.