Яблочные дни. Часть II. Мыши и тени

— Эпидемия тифа. По сравнению с прошлой неделей она сходит на нет. Лекарский штат форн Тека делает своё дело. — Будучи старикашкой болеющим, граф Милле содержал врачей поболе, чем шпионов Клюв. Для начала ребятки в лекарских мантиях смирись с неизбежностью работать задаром, как велит им блозианское милосердие, за которым, правда, стояла воля графа Агне. Затем они закупили мыла и устроили банные дни.

Райнеро сам зажёг первый факел, главное оружие в борьбе с заразой, и имущество больных было предано очищающему огню. Он же отвечал за постройку бараков, куда селили лечащихся горожан. Графиня Оссори, которая уже увенчала нимбом рога Рыжего Дьявола, заставляя его поднимать город из пепелища, вознесла жалкие лазареты до статуса общественных больниц. Так на счету «эскарлотского негодяя» появилось доброе дело. Заниматься делами мира, а не войны, жечь до утра свечи, вникая в нужды андрийцев, оказалось приятно, именно такую жизнь Райнеро Рекенья вёл у себя в Валентинунья, хотя его добрые подданные не шли ни в какое сравнение с поганцами-пятколизами.

— Тиф сходит на нет, говоришь? — осипший голос Рыжего Дьявола свидетельствовал о еле унимаемом бешенстве. — Отлично. Замечательно. Теперь пятколизы выздоровеют, опять возьмут в руки оружие и в нас же им запустят!

— Мне следовало распространить эпидемию по всему городу, чтобы выгнать тётушку?

— А неплохая мысль. Она же не захочет заболеть…

— Оссори!

— Да что?! Мне раньше не приходилось воевать с женщинами!

Райнеро откинулся в кресле, потёр лицо, пробормотал на блицард:

— Будь у Отверженного тётя, она брала бы у моей уроки… — Красивые постулаты о семье и сплочённости опровергли себя: эта Яльте обдурила других Яльте. Судьба впервые свела Райнеро с такой женщиной. Не хватило то ли опыта, то ли чутья предвидеть, как Хенрика, что побелела от страха до самых веснушек, что зашлась волчьим воем при мысли кому-то принадлежать, соберёт себя заново и устремится в бой. Не желая принять, что спросят с неё не как со слабой женщины. А как с настоящей Яльте.

— Райнеро, дьявольщина! — от ора Оссори впору крыше было взлететь на воздух. — Не ворвись ты в дом Хенрики, я бы в два счёта её унял!

Райнеро с трудом подавил нервный смешок, при воспоминании об истерике тётушки левая бровь неумолимо дёргалась. А как Клюв Ита заработал свой тик?

— Ты так в этом уверен? Совладал бы с гарпией в нервном припадке? Она тебя ненавидит, Рыжий Дьявол!

— Боюсь, здесь ты меня обошёл! — Оссори вскочил со скамьи, явно ища хоть что-нибудь, пригодное для немедленного уничтожения. — Уступаю первенство племяннику, которого она умоляла обезглавить или хотя бы запереть в клетке!

— Так и быть, скажи ей, что исполнишь эти её желания. Может, тётушка разжалобится, хотя это и сомнительно…

— Чтобы я использовал друзей как наживу? — Рыжий Дьявол навис над Райнеро, мир накрывала тень от линдворма. — Лучше закрой рот, Рекенья!

Райнеро невольно скосил глаза на нацеленный ему в нос палец. Да, дружба Оссори действительно дорогого стоила, так принцу о преданности ещё никто не заявлял.

— Ну что ты ей наговорил, а? — Рональд сдавлено засмеялся и снова сел на скамью. — Она опередила меня с заказом у бродячих актёришек. Только история о драконе, деве и загубленном ими рыцаре — им явно был я — окончилась дракой дракона и девы под песню о том, как андрийцы одинаково не переваривают обоих Яльте — её и Лауритса. Ну и чёрт бы с этим, фигляров из города вон, петля — если ещё раз увижу, а с тёткой своей что прикажешь делать? У неё над домом висит флаг Яноре, дья-я-явольщина! Она называет себя его доверенным лицом, возится с семьями, чьи главы за участие в мятеже сидят в моих тюрьмах. Они больше не ходят с ходатайствами ко мне, они ходят к ней, и она не откладывает правосудие до приезда короля. Кого-то милует, а кого-то наказывает, забирая их владения в казну короны и назначая штрафы. Когда вы помирились, Хенрика поставила тебя во главе своей будущей армии, то есть, собиралась не повиноваться открыто, а это теперь что такое? Мне даже в вину ей вменить нечего, а когда она наконец закончит притворяться… Да Дья-я-явольщина!

— Я всего лишь указал на её место в глазах Лауритса и других достойных мужчин, — Райнеро пожал плечами. Сохрани граф Агне хоть толику власти в делах военных, Хенрика Яльте бы угодила под домашний арест, едва придя в чувство. — Кто же знал, что она примет это место за трон королевы…

— Ну что поделать, — Оссори вздохнул и поднялся, скрипя и бряцая всем своим снаряжением. Удивительно, как быстро этот гневящийся воин превращался в спокойного и даже добродушного стража. Всё верно, дракон страшен, когда изрыгает пламя, в покое же он даже внушает доверие. — Моя очередь нанести визит госпоже Яльте.

— Ты не возьмёшь её в плен?

— Надеюсь, нет.

— Жаль…

— Что?

— Я говорю, осторожнее, Хенрику, как уважающую себя злую королеву, охраняет ужасное чудовище.

— Она выменяла у ведьм каменного тролля? Или лесного духа?

Райнеро чуть не присвистнул. Его легенды Севера, что с таким удовольствием слушала Альда, добирались до её мужа… Ревнивого, как выяснилось.