Яркий свет, черные тени: Подлинная история группы ABBA

«Она была хитом тем летом, когда я гостил у моих двоюродных братьев на западном побережье, — вспоминает Бьерн. — Я услышал ее по радио, и она показалась мне невыносимо печальной. Это была первая песня, действительно запавшая мне в душу». Бьерн также вспоминает, что ему очень нравились шведские версии Элис Бабе столь же сентиментальных песен «Mockin' Bird Hill» (Лез Пол, Мэри Форд и Патти Пэйдж) и «А Dear John Letter» (Джин Шепард), которые также были хитами примерно в то же самое время. Сочетание нежной мелодии и грустных стихов произвело на мальчика неизгладимое впечатление.

В гораздо меньшей степени его вдохновляли уроки музыки, которые Бьерн посещал в середине 50-х. На этих занятиях, введенных в 40-х в дополнение к обычной программе, школьников обучали играть на «правильных» инструментах, таких, как скрипка или фортепьяно. Подобно многим другим детям, Бьерн находил их ужасно скучными и старался пропускать при каждом удобном случае, предпочитая играть с товарищами на улице. «Они абсолютно ничего не давали», — вспоминал он.

В мир музыки Бьерн попал на волне повального увлечения стилем скиффл, которая поднялась в середине 50-х в Великобритании и прокатилась по другим европейским странам. «Мой двоюродный брат Йон был старше меня на год и уже давно играл на трубе и фортепьяно. Когда наши семьи собирались вместе, он обычно устраивал концерт. Он, как и все, увлекся музыкой скиффл и предпочитал покупать пластинки малоизвестных групп, например, Vipers, вместо по-настоящему популярных исполнителей, таких, как Лонни Донеган».

Скиффл проник в Швецию в 1957 году. В том году на Рождество Бьерн испытал незабываемое ощущение. Они с Йоном сидели за большим фортепьяно в доме Ульфсетеров и играли в четыре руки. «Музыка казалась мне чем-то фантастическим. Когда в тот вечер мы вернулись домой, я начал приставать к родителям: «Пожалуйста, купите мне что- нибудь, на чем можно играть». Так следующей весной, на свой тринадцатый день рождения, Бьерн получил акустическую гитару — довольно необычный подарок для того времени. Это был один из счастливейших моментов в его жизни.

Подобно будущим Beatles и другим британским группам, ставшим популярными в 60-х, Бьерн и Йон создали скиффл-группу с классическим набором гитар, басом из чайного ящика и стиральной доской. «Мне в одинаковой мере нравилось играть музыку и выступать», — вспоминает Бьерн.

Итрая в группе, Бьерн познакомился с басистом Тони Рутом. Тони учился в одном классе с Йоном Ульфсетером и в скором времени стал лучшим другом Бьерна. «Отец Йона был очень богат, и они жили в большом доме, — вспоминает он. — В этом доме имелся подвал, где мы могли играть и шуметь, сколько нам влезет». Отец Бьерна тоже по-мог им: по его просьбе на бумажной фабрике была изготовлена бас-гитара для Тони.

Репертуар группы состоял, главным образом, из песен со скиффл- альбомов Йона. «В те дни на конвертах альбомов еще не печатали тексты песен, — вспоминает Бьерн. — Мы знали английский не настолько хорошо, чтобы разбирать, что в них поют, и поэтому просто издавали похожие звуки».

Примерно так же действовали многие первые популярные шведские рок-музыканты в конце 50-х. В шведских кавер-версиях песен Элвиса Пресли, Бадди Холли и Джина Винсента зачастую слышалось лишь несколько неразборчивых слов, которых наверняка не было ни в одном английском словаре. «Это говорит о том, как мало значил текст, — отмечает Бьерн. — Его смысл ограничивался лишь фонетическим звучанием. В такой атмосфере я и вырос».

В благополучной, идиллической, процветающей Швеции конца 50-х зачастую вызывающие тексты рок-музыки ускользали от понимания меломанов. Такие ее аспекты, как расовый характер и средство молодежного бунта, имели еще меньшее значение. В музыкальных магазинах термин «рок-н-ролл» впервые прозвучал во второй половине 1956 года и то только в качестве названия новой разновидности джаза, пришедшего из Америки. Рок-н-ролл, как особый музыкальный стиль, не мог прочно закрепиться на шведской музыкальной сцене до конца 1957 гола. чему способствовало враждебное отношение к нему на шведском радио. Первая передача, специально предназначенная для молодежной аудитории, начала выходить в начале 1957 года, но ее ведущие откровенно заявляли, что хотя она и призвана служить источником развлечения для всех, «единственное, в чем мы твердо убеждены, так это в том, что ненавидим рок-н-ролл». Джаз считался более подходящим для радиослушателей, по крайней мере, по мнению ведущих этой передачи.

Для Бьерна конфликт между джазом и рок-н-роллом не имел никакого значения. Он знал только то, что обожает музыку и хочет играть на гитаре в скиффл-группе своего двоюродного брата. Правда, ему потребовалось некоторое время, чтобы овладеть инструментом. «Я купил одну из этих книжек, где изображены аккорды с точками, указывающими, какие струны нужно зажимать. Поначалу я не мог понять, как это делается, и мне пришлось разбираться. В конце концов у меня стало получаться довольно забавно».