Ящик для писем от покойника (сборник)

В палатку, шумно пыхтя, ввалился майор Борисенко, командир отдельной роты связи, здоровенный хохол с пышными усами и красной от жары потной физиономией. В руках он держал красивый жёлтый портфель из кожи, похожей на крокодилову. Таких портфелей в военторговских магазинах не продавали.

– Здорово, шпионоловы! – Гаркнул майор, тяжело опускаясь на походную койку. – Дайте чем-нибудь промочить глотку.

– Привет тебе! – ответил Малышев, откупоривая бутылку лимонада. – На, держи! С чем пришёл?

– Там миссия приехала. Британцы на «Рейндж ровере». Наблюдают за учениями.

– Имеют право, – ответил Малышев. – Если мы их прогоним, они станут гонять таких же наших в Западной Германии. Что это за портфель у тебя?

Майор вздохнул, глотнул лимонада, достал огромный носовой платок и утёр пот с лица.

– Начну издалека. Брательник у меня младшенький служил в Афгане. Как-то расстрелял двух пленных душманов. Командир стал орать на него: надо, мол, было сдать этих пленных в контрразведку Наджибулы. А брательник ему: «Нехай нэ топчуть нашу ридну Афганщину!». Ну командир рассмеялся и назначил ему два наряда на кухне после окончания боевых действий.

– Ближе к делу! – оборвал его Малышев.

– A портфель этот спёр у английских разведчиков рядовой моей роты Тезиков. Он – из урок, Тезиков этот. Три года на зоне отмотал. Думал, в портфеле чё пожрать и выпить найдётся. Вот и спёр.

Малышев площадно выругался.

– Достукались. Уголовников в армию стали брать. Да ещё за границу их служить посылают. Раньше такого не было. Перестройка, понимаешь. Черти её подери! И как же ему удалось увести портфель?

– А он нашёл пару пустых бутылок – вокруг части их полно валяется, разбил и закопал в песок метрах в двадцати позади «Рейндж ровера» горлышками вниз. Ну, они стали сдавать назад, чтобы развернуться на полянке и прокололись.

– Арестовать подлеца! А портфель немедленно вернуть англичанам. Небось, они уже скандалят на всю Германию. Связались, наверняка, по рации со своим офисом в Потсдаме.

– Скандалят трошки. Ещё тягач просят.

– Зачем?

– Сели на пузо в песке.

– Тягач надо выделить. А кстати, что в портфеле?

– Вот! Тезиков-то патриотом оказался. Колу он выпил, сэндвичи слопал, журнал «Плейбой» с голыми девицами полистал, а потом наткнулся вот на это и сразу прибежал с портфелем ко мне.

Майор достал из портфеля сложенную по всем правилам карту и расстелил её на койке. Карта была явно советского происхождения. В верхнем правом углу стоял гриф «Совершенно секретно». Регистрационный номер тоже имелся. Германская Демократическая Республика лежала перед офицерами как на ладони вместе со всеми военными объектами Советской Армии и Национальной Народной Армии ГДР. Малышев пожал плечами:

– Ну и что тут секретного? Все эти объекты давно разведаны потенциальным противником и сфотографированы из космоса.

– Не спеши с выводами, шпионолов! – сказал Борисенко. – Видишь эти красные ниточки. Они пронизали всю эту малюсенькую страну як те кровеносные сосуды.

– Так это же наши линии связи! Вот она и самая главная ВЧ-связь! Конечно, это она, – рассуждал Малышев. – Тянется к штабу ГСВГ, к штабам всех шести армий, в Берлин, Лейпциг и Росток, где посольство, генеральные консульства, и резидентуры КГБ и ГРУ, к нашему Управлению в Потсдаме.

– Теперь понятно, каким образом они нашли и откопали кабель ВЧ-связи под Вюнсдорфом. Хорошо, что грибники тогда их спугнули. А давай вербанём их на этой карте, – предложил Бодров. – Утеря сов. секретного документа допущена всё-таки.

– Двоих сразу – не получится. Приедут в Потсдам – побегут вперегонки к своему начальству доносить друг на друга.

– Пожалуй, ты прав, – согласился Бодров.

– Всё! – подвёл итог дискуссии Малышев. – Карту отошлём в Потсдам. Пускай ловят «крота» в высоких штабах и усиливают охрану и защиту линий связи. Ты, Бодров иди и проси тягач у артиллеристов. А я верну портфель шпионам. Майор, тебе спасибо! Будешь поощрён за бдительность. Тезикову же объяви тёплую благодарность за его солдатский патриотизм …

Майор Дуглас и Капитан Коллинз сидели у своей машины в тени чахлой берёзки в ожидании тягача. От всей их щеголеватости не оказалось и следа. От жары и переживаний они совершенно сникли. Увидев, Малышева, обрадовались. Малышев шёл медленно, проваливаясь в песок. Поприветствовав разведчиков, протянул портфель майору.

– Нам чужого не надо.

– Благодарю Вас, кэптэн. Нам с полудня не везёт сегодня. Не всё скоту масленица.

Малышев удивился тому, что майор сносно говорит по-русски, хоть и сделал грубую ошибку в популярной пословице. Поправлять его не стал.

Дуглас быстро проверил содержимое портфеля и высказал обиду:

– Зачем ваши взяли карту? Её можно было просто сфотокопировать.

– А вот зачем, мэйджер, – пояснил Малышев. – За утерю совершенно секретного документа вас выгонят из миссии. Пришлют новых. Те будут полгода вживаться в обстановку, а мы тем временем отдохнём, подлечим нервы, водки попьём и запивать её будем великолепным немецким пивом. Мои любимые сорта «Радебергер» и «Вернесгрюнер». Хорошо промывают почки, знаете. На минеральных водах они.