Языческий календарь. Миф, обряд, образ

Связь праздника с маслом, выраженная в самом названии, не случайна: в отведенный ему период коровы и овцы начинают телиться и давать молоко. Как мы видели выше, с этим событием в хозяйственной жизни прочно связан и Имболк, но если Имболк сопровождается по большей части обрядами очищения и ограждения, то Масленица, следующая чуть позже, — это неминуемый разгул, когда все и вся катается как сыр в масле. Это масляно–сырное изобилие — и на праздничном столе, и в народном сознании — ложится на несомненно солнечную основу, которой является блин.

Блины — ритуальное блюдо, связанное именно с праздником Масленицы не только на Руси, но и по всей Северной Европе, до самых Британских островов. Первый блин кладется на порог, а когда избы топились по–черному, его оставляли на волоковом окне — предкам. Блин, как мы знаем, является для славян не только носителем солнечной символики, но и поминальной трапезой в течение всего года. Масленица и следующие за ней весенние праздники отчасти посвящены и предкам: их «греют» — для них зажигают костры из старой соломы, изломанных колес или целых телег, предков окликают, ставят им трапезу. В народном календаре перед началом Масленичной недели приходится первая в году «Вселенская родительская суббота» — общий день поминовения и поминальных трапез, в которых обязательно должно присутствовать мясо. Даже в поговорке «Первый блин — комом» отразилось бытовавшее в старые времена почитание предка–Медведя: первый блин — Комам (то есть Медведям, на архаическом языке северных индоевропейцев).

Столб с колесом — символ победы Солнца над Тьмой, Дня над Ночью, состоявшейся или только будущей, сохранился даже в городской масленичной традиции — знаменитый столб с подарками, смазанный салом или покрытый льдом.

Масленая — действо символической победы над Зимой, в которой старалось принять участие как можно более народу. Самое распространенное действо восточных славян — взятие снежной крепости. Упоминаются даже такие крепости, которые штурмовали на конях. Часто крепость стояла на льду реки, а прямо напротив ворот была прорубь, так что первый ворвавшийся в крепость мог принять холодную ванну вместе с конем.

Также любимое развлечение Масленой недели — кулачные бои, одиночные и «стенка на стенку». Шумные стычки, не всегда игровые, на самом деле — действенный способ снять накопившееся за зиму напряжение.

Завершение Масленой недели — «проводы Масленки» — в разных местах проводится по–разному, но в любой из этих форм проявляются две темы: символика пути, проводов и избавление от старого. На Масленую (в иных местах — на праздники ранней весны: на Благовещение, на Страстную неделю) разжигают костры из старых соломенных постелей, из сношенных лаптей, сломанных колес или рассохшихся кадок, сжигают мусор, ветхое тряпье. На Селигер! до недавних времен такие костры складывали на озерном, еще крепком льду.

Проводы Масленки, как и встречу, отмечали устроением длинного конного поезда, с шествием ряженого «войска» или «старцев». Появление двенадцати старцев говорит о том, что когда-то Масленая почиталась началом календарного цикла, и удачное ее проведение обеспечивало удачу на весь предстоящий год. Иногда отмечалось, что Масленицу в поезде ряженых изображала не чучелка, а ряженый мужик со штофом и калачами, обозначавший собою не столько зиму, сколько веселье и весеннее возрождение. Мужик сидит прямо на колесе, на вершине столба, укрепленного на санях. Обычай ряженым на встрече Весны ездить поездами из нескольких саней или телег является общим для славян и балтов.

Сожжение чучелки — на Руси явление далеко не повсеместное. Были места, где ее разрывали в клочья или топили в проруби. Обрядовые песни напоминают, что Масленку могли и закопать — в землю или в снег, чтобы раскопать летом, когда снег растает. Сами участники обрядов редко говорили открытым текстом, что жгут Зиму — чаще сожжению или утоплению подвергалась сама «Масленица» — дух праздника, вернее, праздничной недели. Польская этнография, напротив, упоминает о сожжении «бабы Мараны» — вредоносного духа зимы.

Провожали Масленую и спуском с горы пылающего колеса, приговаривая: «С горы катись, с весной воротись!»

Горящим колесом — в том или ином виде — отмечаются практически все солнечные праздники, кроме, пожалуй, осеннего. В иных местах это Коляда, в других — Купала, в третьих Масленица отмечается горящим колесом, а Купала — огненной колесницей-одноколкой (как отмечает Б. А. Рыбаков.)

Получается, что Комоедица — не столько встреча Весны, которой предстоит путь еще неблизкий, сколько проводы Зимы, которой, как стихии одушевленной и доступной к контакту, открыто напоминают о том, что ее время на исходе. Зимне–весеннее безвременье начинается гораздо позже Масленицы, Равноденствие — всего лишь его преддверие, полоса значимых праздников начала апреля — его врата, окончательный и бесповоротный приход Весны отмечается с первой зеленью — рубеж апреля и мая.