Читаем Языческий календарь полностью

Летел кулик из-за моря,Принес кулик девять ключей —Пустить росу, отмыкать весну,Тепло летичко.

На Сороки в Новгородчине женщины выходили за околицу с хлебом, кланялись в землю и приговаривали: «Вот тебе, Матушка-Весна, ржаного хлебца!»

В иных местах выходят с хлебом и новиной — первым вытканным полотном, предполагая, что Весна оденется в наряд из этой новины и пожалует.



Девки закликают Весну с печеными жаворонками в руках. Празднование Масленицы совместно с Домом Ясеня, общинами «Родолюбие» и «Коляда Вятичей» и т. д. в 2002 г.


Встреча Весны в образе женщины — или девы — освещается и песнями и обрядами. В это время выходили девицы впервые на улицу петь веснянки — «гукать» Весну. Песни с припевом «Гу!» исполняются в продолжение всей весны — т. е. до летних русалий. В одних местах эти песни начинают исполнять на само Равноденствие, в иных — где весна начинается ранее — на 1 марта ст. ст — 14 марта н. ст., на старинное начало мартовского года, день св. Евдокии, в народном месяцеслове — «Годюшка». В других — наоборот, позднее, на 7 апреля н. ст., с которым связано не менее поверий, чем с Равноденствием. Этот обряд всегда исполняется женщинами.

Другая часть легенд и порожденных ими обрядов связана с женскими работами — в это время женщины оканчивают прядение и начинают ткачество. Накануне Сорок непременно надо допрясть последнюю пряжу. Если незадачливая пряха будет допрядать остатки в ночь на Сороки, ей это не пойдет впрок — Матушка подкинет еще 40 веретен.

Сороки относятся к «кривым неделям», когда запрещалось всякое верчение, кручение, витье и мотание: в эти дни прядется Судьба. Другие примеры — все более из переходящего календаря: Масленная, Фомина, Троицкая, и как исключение — Святки.

Первый весенний жаворонок, прилетая, кричит хозяйкам: «Кажи моты, кажи моты!» — эти же слова приговаривали хозяйка, когда пекли «жаворонков» (Чухломской уезд).

Масленица — «сплошная неделя», одна из «кривых», когда запрещались определенные женские работы, а освященный обычаем недельный разгул исключал всякую работу вообще.

Масленица, в отличие от Сорок, творится не одними женщинами и посвящена не одной женской силе, особенно в части взятия снежной крепости и кулачных боев.

По отрывочным сведениям, неделя после равноденствия называлась «Перуновой»: всю неделю приносились жертвы, которые помогут Перуну победить Зиму, на возвышенных местах разводились костры — «Перуновы огни». Часть этих обрядов, возможно, перетекла на Страстную неделю.

Солнечная символика связана в большей степени с переходящей Масленичной неделей, которая кочует на всем пространстве от Имболка до Равноденствия. Собственно солнечные мистерии и связанный с ними разгул отодвинулись по всей Европе на более ранний период — по правилам вычисления Пасхи, дата Равноденствия неминуемо приходится на пост.

Связь праздника с маслом, выраженная в самом названии, не случайна: в отведенный ему период коровы и овцы начинают телиться и давать молоко. Как мы видели выше, с этим событием в хозяйственной жизни прочно связан и Имболк, но если Имболк сопровождается по большей части обрядами очищения и ограждения, то Масленица, следующая чуть позже, — это неминуемый разгул, когда все и вся катается как сыр в масле. Это масляно-сырное изобилие — и на праздничном столе, и в народном сознании — ложится на несомненно солнечную основу, которой является блин.

Блины — ритуальное блюдо, связанное именно с праздником Масленицы не только на Руси, но и по всей Северной Европе, до самых Британских островов. Первый блин кладется на порог, а когда избы топились по-черному, его оставляли на волоковом окне — предкам. Блин, как мы знаем, является для славян не только носителем солнечной символики, но и поминальной трапезой в течение всего года. Масленица и следующие за ней весенние праздники отчасти посвящены и предкам: их «греют» — для них зажигают костры из старой соломы, изломанных колес или целых телег, предков окликают, ставят им трапезу. В народном календаре перед началом Масленичной недели приходится первая в году «Вселенская родительская суббота» — общий день поминовения и поминальных трапез, в которых обязательно должно присутствовать мясо. Даже в поговорке «Первый блин — комом» отразилось бытовавшее в старые времена почитание предка-Медведя: первый блин — Комам (то есть Медведям, на архаическом языке северных индоевропейцев).

Столб с колесом — символ победы Солнца над Тьмой, Дня над Ночью, состоявшейся или только будущей, сохранился даже в городской масленичной традиции — знаменитый столб с подарками, смазанный салом или покрытый льдом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза