Читаем Языческий календарь полностью

Заклание ягненка. Приобщались молоком и мясом, кровью ставили знак на лбу. Иногда резали и петуха — у реки. Костей не ломали. Эта жертва должна была принести благо не только людям, но и скоту.

Обрызгивали друг друга молоком, кропили им и скот, «всех, кто пьет молоко», о двух ли, о четырех ногах. Но чаще — святой водой или водой из-под мельничного колеса, «чтобы молоко текло, как вода». О воде отдельный сказ.

Воде приносили жертву — венком, хлебом и сыром, в воду — в шутейную «жертву» — толкали девиц. У реки затевали общие обрядовые трапезы. Болгары на Георгиев день валялись в росе и умывались в источниках[23].

Почитались в той или иной мере все стихии: зажигали костры, в которых сжигали мусор (такие костры запаливали и восточные славяне — на разных точках пасхального цикла, иногда на Масленицу, иногда позже, но всегда до Пасхи). Прыгали через костер. Почитали землю — проводили первую борозду, качались на качелях, отдавая себя воздуху. Прыгали через костер, хлопали бичами, отгоняя нечисть.

На Юрьев день у всех славян при первом выгоне хлестали скотину вербой с прошлого года.

Вербное воскресенье — за неделю до Пасхи, очень близко к полнолунию. Бьют друг друга ветками цветущей вербы с различными приговорами: «Вербохлест, бей до слез!», «Не я бью, верба бьет!» — на здоровье.

В среду Страстной недели приносили жертвы домовому (на чердаке) и лешему (затемно уходя в лес), обливали скот талой водой с прошлогодней «четверговою солью».

Чистый четверг — целая полоса очистительных обрядов: утром умываются водой, которую приносят из родника до рассвета — пока ворон детей не купал. До восхода же приносят из леса можжевельник и окуривают им дом.

В некоторых местах Сибири на Чистый четверг обходят скот с оберегами, как на Юрьев день.

Объезжают огород верхом на кочерге — от кротов, с непристойным заклинанием.

Зовут Мороз кисель есть, чтобы «не бил». Также звали диких зверей: «Волки, медведи, лисицы, куницы, зайцы, горностайцы, идите к нам киселя есть!» (Капица. С. 175.)

На Севере в этот день «гойкали» в лесу, чтобы голос звонче был. Девицы по эху от клича узнавали судьбу.

Во двоеверные времена в Чистый четверг жертвовали предкам животную пищу — мясо, молоко, яйца — и топили для них баню, а позже «грели» покойников на улицах у костров. Мылись в бане и сами.

Собственно Велик День или Воскресение, когда предки входят в церковь вместе с крестным ходом; их можно видеть, но за это могут и ослепить. В связи с чем хотелось бы обратить внимание на этимологию названия самого праздника. В современном виде явно звучащее как однокоренное со словом «великий», в изначальном виде, как можно предположить, это слово вполне могло быть родственным литовскому Velykos, в свою очередь однокоренному имени Велеса и литовскому vele (духи, или души предков).

В Велик День от костра зажигали факелы и ими разжигали по домам погашенные накануне огни. Приветствовали Солнце словами: «Доброе утро!» День посвящался воздвижению Майского шеста — высокого шеста, украшенного лентами, и танцам вокруг него.

Солнечное значение Велика Дня открывают поверья, связанные с писанкой — пасхальным яйцом, расписанным с помощью воска. Творить писанки начинают в Чистый четверг, делают это исключительно женщины и девушки и по довольно строгим правилам. В краю, где в ходу писанки, Велик День называли «свадьбой Солнца с Месяцем», притом Солнцем почитался острый верх яйца, а Месяцем — широкий низ.

На Велик День девица на восходе солнца идет к яблоне с писанкой, просит для себя красоты и здоровья, а после отдает писанку тому парню, с которым хочет соединить судьбу в этом году. А если парень умирает не женившись, то мать приносит писанку ему на могилу, чтобы на том свете он нашел себе пару. Более ни в каком случае писанку на кладбище не носят и дома ею предков не поминают. Но простые крашеные яйца для этого используют вовсю. Писанки отдают девы парням во время гуляний — за качели, за волочебные песни, которые поют под окном дома, где девица на выданье.

Писанку отправляют по реке — в Ирий, где живут рахманы, достойные предки. Они живут столь безмятежно, что времени не знают.

И только когда писанка приплывает к ним по реке (а значит — все реки текут т у д а!), тогда рахманы узнают, что на свете Пасха наступила, и радуются. Так верят на Украине. На Руси же полагают, что Велик День предки приходят с того света праздновать вместе с живыми. После этого около недели они остаются вместе бок о бок, и ряд ритуалов направлен на то, чтобы их по чести встретить, угостить и обязательно проводить назад. Об этом более подробно будет сказано ниже.

На Велик День солнце играет — крутится колесом, привстает на восходе над горизонтом и снова касается его.

Сроки Красной горки называют разные: Светлая седмица (неделя после Пасхи), неделя накануне Юрьева дня, от Фомина понедельника (назавтра после Пасхи) до Юрьева дня. Как видим, в двух последних случаях переходящие и постоянные даты отлично связываются между собой.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза