Игра в прятки

— Я видел тебя в деле, Уилл, — сказал Томас, сразу беря быка за рога, чего и ожидал от него собеседник.

— Приятно слышать, сэр. Польщен.

Как же! Все лондонские клубы следили за Уиллом и присылали на его игры своих скаутов.

— У тебя прирожденный талант, здесь вопросов нет. Я мог бы сделать из тебя отличного игрока. Не сразу, конечно, а за какое-то время.

Уилл спокойно посмотрел на Томаса. Он вообще все делал спокойно.

— Я уже отличный игрок, сэр. И вы это знаете, иначе не пришли бы сюда.

— Тебе всего пятнадцать. В таком возрасте игроков не бывает. Ты только потенциальный футболист.

— Я игрок.

— Вижу, от скромности ты не умрешь, — добродушно рассмеялся Томас.

— Нет, сэр, не умру. Не люблю притворяться. Я — форвард, сэр. Забивной. Мне наплевать на команду, на всех остальных. Я одиночка, мое дело — гол. Я такой же, какими были Йохан Кройф, Пеле, Герд Мюллер. Я лучший из всех футболистов моего возраста в Англии. Я сильнее их всех. Так пишут в газетах.

Томас широко улыбнулся. Дерзость этого юнца забавляла его. Впрочем, парень недалек от истины.

— Так пишут местные газеты, Уилл.

— И «Телеграф». И «Сан». Послушайте, мистер Томас, почему бы нам не поговорить начистоту? Хотите, чтобы я играл за вас? Ладно, я тоже хочу играть за вас. Короче, сколько вы будете мне платить?

* * *

— Ну, давай, Уилл, обыграй меня. Если ты на это способен. Если считаешь себя вторым Кройфом. Согласен?

После тренировки Томас и Уилл остались на поле вдвоем. Это повторялось каждый вечер. Такого маниакального стремления к совершенству Капитан не видел еще ни в ком, ни в одном прошедшем через его руки футболисте. Уилл действительно был прирожденным голеадором, настоящим бомбардиром.

— Что я получу, если обведу? Какой мой интерес?

— Двадцать фунтов, — сказал Томас и сплюнул.

Уилл рассмеялся и отошел, качая головой.

— За двадцатку я бы даже вашу жену трахать не стал.

— Ладно. Пятьдесят фунтов. Но только если пройдешь вчистую.

Уилл повернулся, принимая вызов. Томас бросил ему мяч. Уилл поймал его на ногу. Небрежно. Пусть Капитан считает его придурком, наглецом и дерьмом.

Томас принял стойку защитника.

— Ну, сынок, я готов. А ты?

Он тоже был готов, но он не был ничьим сынком.

Ложный финт влево, ложный финт вправо, проброс мяча, и вот уже Уилл мчится по полю, вскинув правую руку с выставленным в понятном всему миру жесте средним пальцем, а Томас стоит у него за спиной, застыв в позе человека, у которого бутсы приклеились к траве.

— Оставьте деньги себе, — бросил, смеясь, Уилл. — Там, куда я собираюсь, они мне не понадобятся.

* * *

Уилл Шеппард отыграл за «Рейнджерс» два года, прежде чем его контракт выкупил «Ливерпуль», бессменный чемпион первого дивизиона Английской футбольной лиги последних лет. За молодого нападающего заплатили полтора миллиона фунтов. Он уже считался самой крупной звездой Англии. За первый сезон Уилл стал лучшим бомбардиром чемпионата и едва не получил звание «Футболист года». Ему исполнилось девятнадцать лет.

Газеты с удовольствием расписывали таланты Уилла, его «врожденную агрессивность», его «сверхъестественную способность буквально летать по полю». «Он может парить, как орел, в вышине, а затем устремляется к гнезду — воротам противника», — писала о нем «Гардиан».

«Он — Белокурая Стрела, пущенная в цель».

«На футбольном поле Уилл Шеппард законченный эгоист; его менталитет — менталитет бомбардира. Он играет так, как будто больше на поле никого нет».

В девятнадцать лет имя Уилла Шеппарда начало появляться в колонках светских сплетен. Он «охотился на лис с друзьями в Глостершире», «стрелял куропаток в поместье лорда Данна близ Балморала», «играл в поло в Суинли-Форест в присутствии королевской семьи».

В двадцать лет Уилл привел «Ливерпуль» к победе в Лиге чемпионов. Его называли самой крупной звездой европейского футбола. ФИФА выдвинула его кандидатом на звание лучшего футболиста мира. «Откровенно говоря, — заявил он, комментируя решение жюри, — мне наплевать на то, кто и что думает о моей игре. Я сам скажу вам, лучший я или нет».

В то же самое время Уилл играл и за национальную сборную США, в чем проявилось его упрямое желание поддерживать связь с Америкой. Однако бегать с кучкой ослов ему быстро надоело, и он ушел из команды.

В сообщениях о нем скоро начали звучать тревожные нотки, что только подогревало интерес публики. Говорили, что Уилл злоупотребляет алкоголем, наркотиками и кое-чем похуже. Он все чаще пропускал тренировки, объясняя это «причинами личного характера». «Ливерпуль» продал звезду своему амбициозному конкуренту за два миллиона фунтов. В межсезонье Уилл принял участие в автомобильных гонках, чем грубо нарушил условия контракта. «Если я останусь в живых, это не будет иметь никакого значения. Если умру — тем более» — так ответил Шеппард на вопрос репортера.

Уилл Шеппард по кличке Белокурая Стрела оставался самим собой — абсолютно неотразимым.

Глава 20

Неотразимый.