Играй победу! Путь Империи

Началась общая свалка. Стрелки, артиллеристы, японские пехотинцы – все смешались в бешеной круговерти и мельтешении штыков, прикладов, артиллерийских тесаков-бебутов. Щерились в оскале зубы, взлетали с хэканьем кулаки, грохали револьверные выстрелы. Солдаты японского взвода, атаковавшие батарею, в конце концов не выдержали этого напряжения и, теряя оружие и оставляя на месте схватки сраженных сотоварищей, бросились в бегство от этих страшных русских великанов, не только не желающих сдаваться, но и попросту руками ломающих напавших. Как ни странно, очередного артналета вслед за этим не последовало. Исчезли и маячившие над гаоляном японские вышки для наблюдения. Видимо, самураи-артиллеристы были уверены в том, что храбрая пехота микадо в ближнем бою уничтожит оставшуюся горстку русских солдат, и двинулись дальше, не увидев развязки последней атаки.

Наступали сумерки 30 сентября 1904 года.

* * *

За героическое выполнение приказа, задержание противника на несколько часов, а также за упорное сопротивление и неоставление японцам целых орудий Андрей Кольцов был награжден орденом Святой Анны четвертой степени, носимым на шашке. В той рукопашной штык «арисаки» пропорол ему правое бедро, и штабс-капитан, сдав батарею, был эвакуирован в глубокий тыл, причем долечиваться ему довелось не где-нибудь, а в самом Санкт-Петербурге, в общине Святой Татьяны. После излечения и отпуска, который он провел в родительском доме у отца, отставного капитана Виктора Андреевича, и матушки, Марии Юзефовны, и тех трагических событий на Крещение 6 января 1905 года, следствием которых стали гибель императора Николая и воцарение полугодовалого Алексея II Николаевича под регентской опекой необычайно деятельного Великого Князя Николая Николаевича, невольно участвовавший в них Андрей Викторович Кольцов вновь направлялся по месту своей службы в действующую армию.