Имитаторы. Иллюзия «Великой России»

Спад протестной волны в марте-апреле как будто подтверждает их прогноз. Хотя и угасая, стихия бунта выстрелила напоследок «искру» в Ижевске, где демонстранты вынудили Госсовет республики обратиться к Путину с просьбой выделить дополнительные средства на монетизацию. В случае отказа они пригрозили добиваться отставки президента Удмуртии, правительства и роспуска Госсовета. Фактически взяли местную власть в «заложники» на время переговоров с властью центральной.

Но дело не в отдельных выступлениях. Надежды на угасание протеста оборвались в начале мая. В первомайских шествиях приняли участие 1 млн. 220 тыс. человек в 818 городах России («МК», 03.05.2005).

Причем в отличие от маевок прежних лет, заорганизованных прокремлевскими профсоюзными боссами, демонстрации 2005-го были по-настоящему боевыми. В Москве произошли столкновения активистов левого молодежного движения АКМ с милицией. Любопытная подробность: молодых поддержали пенсионеры.

Власти, кажется, еще не догадались, что пенсионеры — не просто старые люди, которых, дескать, бояться нечего. Это самая организованная часть населения. И если они станут действовать заодно с рукастыми юными бунтарями, противостоять этому тандему будет чрезвычайно трудно.

Еще одно новое явление, опасное для властей и обнадеживающее для оппозиции. Когда милиция задержала нескольких активистов АКМ, остальные не разошлись, как прежде, по домам, а предприняли марш-бросок к Генеральной прокуратуре. Такое развитие событий настолько ошеломило милицию, привыкшую действовать по шаблону, что она беспрепятственно пропустила несколько сот человек на Малую Дмитровку. АКМовцы взяли прокуратуру в «осаду». И что бы вы думали? — власти сдались. Активистов освободили, а прокуроров, так сказать, выпустили на волю…

При создавшемся положении у руководства страны не остается большого пространства для маневра. Дабы читатели в полной мере осознали, сколь узок (и сколь опасен!) оставшийся створ, завершу главу словами обозревателя «МК» А. Будберга — человека, вхожего в коридоры власти: «Такую ситуацию создал сам Кремль. Но это ставит его перед очень плохим выбором: либо задабривать толпу, либо стрелять в нее» («МК», 28.01.2005).

Запугать — задобрить — уйти от ответственности

Первая реакция власти на народные выступления — подавить! Ну, разумеется. «Положить мордами в снег» — это, знаете ли, не конкретный рецепт, а жизненная философия.

Но поскольку на манифестации выходили в основном старики, «мордой в снег» класть было неудобно. Тем паче перед телекамерами. Поэтому решили действовать с соблюдением европейских формальностей. Губернатор Подмосковья генерал Борис Громов (самая известная его операция — вывод войск, иначе говоря, бегство из Афганистана) пригрозил митингующим судебным преследованием.

И механизм заработал! Рассказывает Ольга Ивановна Федорова, в прошлом инженер НИИ, ныне пенсионерка, участница акции в Химках: «Я только вышла из квартиры, закрыла дверь — и тут они подошли: «Проедемте с нами». Показали удостоверения, но я даже не посмотрела, откуда они. Если бы я была дома, я бы никуда не пошла. Но в подъезде мне не хотелось пререкаться: стыдно перед соседями. К тому же голос был сорван, я еле разговаривала. В машине они звонили, интересовались, куда везти задержанную. Привезли в прокуратуру» («МК», 18.01.2005).

По тому же сценарию в Питере задержали Владимира Соловейчика, лидера Движения гражданских инициатив. «На углу Пискаревского проспекта и проспекта Металлистов ко мне неожиданно подошли трое молодых людей в штатском, но явно с военной выправкой, предъявили служебные удостоверения УБОП и предложили проследовать с ними. При этом никаких постановлений о моем задержании мне предъявлено не было. Меня привезли в 27-й отдел милиции. Сотрудники этого отдела, очевидно, понимая всю несуразность инкриминируемых мне обвинений, принимать меня отказались. Тогда те же трое молодых оперативных сотрудников доставили меня в 76-й отдел милиции Центрального района Петербурга, но местные милиционеры отказались меня оформлять. В итоге вернулись назад, в 27-й отдел милиции. К тому времени там объявился некий, судя по всему, важный чин ГУВД. Он был в штатском и на мою просьбу назвать свою должность и фамилию ответил резким отказом. «Лицо в штатском» потребовало от убоповцев составить задним числом рапорт о задержании меня на Суворовском проспекте, где я якобы накануне, 17 января, участвовал в демонстрации» («Независимая газета», 20.01.2005).

Обращает внимание тихий саботаж акции устрашения со стороны рядовых милиционеров — явление, которое мы и ранее отмечали. И наплевательское отношение к делу даже высокопоставленных исполнителей: подложный протокол нетрудно было оспорить — у Соловейчика имелись свидетели, что в указанное время он находился в офисе. Милицейский обман вскрылся, и активист был «полностью оправдан за отсутствием в его действиях административного правонарушения» («Независимая газета», 01.02.2005).