Имитаторы. Иллюзия «Великой России»

Государство который год грозит перевести всю медицину на коммерческую основу. Поэтому читателям имеет смысл с особым вниманием отнестись к результатам опроса на тему «кому доступна платная медицина». Большинство, 38 процентов, ни при каких условиях не смогут заплатить за лечение. 37 % готовы на это «только при крайней необходимости»: иными словами — денег нет, но если болезнь прижмет, придется выкручиваться. Ответ «доступна» дал 21 процент. Если учесть, что такой же процент может позволить себе оплатить отпуск на курорте, то позволительно сделать вывод: только одну пятую россиян можно отнести к обеспеченным людям. Остальные, увы, малоимущие.

В этом еще больше убеждают данные опроса автовладельцев, проведенного агентством РОМИР. Когда смотришь на московские улицы, кажется, будто все поголовно обзавелись машинами. Обманчивое впечатление! Только 22 процента россиян имеют автомобили. 78 процентов вынуждены передвигаться на своих двоих («МК», 05.04.2005). Наводят на размышления и сведения о возрасте машин. Всего 4 процента автолюбителей могут позволить себе роскошь раскатывать на новенькой иномарке. Еще 11 довольствуются новинками российского автопрома. А большинство ездит на старых колымагах: 28 процентов — на автомобилях отечественного производства старше 10 лет, 25 процентов — на 6-10-летних, 4 процента на иномарках старше 10 лет (там же).

Таково имущественное положение русских. Правильность наших подсчетов подтверждает Ю. Лужков. В книге «Развитие капитализма в России. 100 лет спустя» (М., 2005) он утверждает: около и за чертой бедности находится две трети граждан России.

Пытаться выжать из этих несчастных больше денег, как это делают центральные и местные власти, безнравственно, да и бессмысленно. Они и так живут на пределе. Что, между прочим, официально признала такая авторитетная инстанция, как суд. Когда с 1 января 2005 года коммунальные службы задрали тарифы, квартиросъемщики начали подавать иски. И вот в Воронеже суд вынес решение, которое могло бы стать претендентом — он отменил новый тариф, указав: «Повышение было произведено без учета платежеспособности населения» («Сегодня», НТВ, 16.03.2005).

С годами неимущие становятся еще беднее. По словам руководителя Федеральной службы госстатистики В. Соколина, «в 2004 году доходы малообеспеченных граждан выросли всего на 2,4 процента, в то время как инфляция составила 11,7 процента» («МК», 10.03.2005). Для сравнения: доходы населения в целом по стране увеличились на 9 процентов.

Формируется так называемая «застойная бедность»: люди теряют надежду когда-либо выбраться из нищеты. В 2005-м, впервые за последнее время, выросло число тех, кто считает, что они никогда не приспособятся к переменам, — с 16 до 22 процентов («МК», 03.03.2005).

Следует особо отметить: новоявленные Сатины — это не бездельники, принципиально не желающие работать. Даже твердокаменные либеральные фундаменталисты из ведомства Грефа признают: «…Большую часть бедного населения составляют работоспособные граждане… они просто заняты в бюджетных сферах» («Независимая газета», 08.02.2005). «Вина» бедолаг не в том, что они не хотят работать, а в том, что они работают на общество — учителя, врачи, библиотекари. А общество — в благодарность за это — заталкивает их в нищету.

Над этими «жителями подземелья» нависает еще больший пласт тех, кто находится на грани бедности. Аналитики Всемирного банка пришли к тому же выводу, что и мы: «До 60–70 процентов населения имеют доходы, лишь чуть-чуть превышающие порог бедности» («МК», 25.05.2005). Любые перемены грозят столкнуть их в пропасть нищеты.

Между тем правительство анонсировало три реформы: ЖКХ, образования и здравоохранения. Каждая способна разрушить скудное благополучие двух третей населения. Вот на каком тончайшем волоске висит экономическая, да и социальная ситуация!

Добавьте сюда инфляцию. Не те политкорректные цифры, о которых сообщают власти, а опустошительный вихрь, выворачивающий наши карманы.

Об инфляции разговор особый. Правительство уверяет, что в 2004-м году она составила 11 процентов, а в 2005-м не превысит 10. Тоже, между прочим, немало. Из каждой сотни минусуем 10 рублей. Из тысячи сотню. Из 10 тысяч, у кого дотягивает зарплата, — тысячу!

Но когда наши жены заглядывают в старые тетради, куда они записывали траты, выясняется: основные товары подорожали намного больше. Мясо с декабря 1999-го по март 2005-го — с 60 до 140–150 рублей. Колбаса, самая простецкая, — с 58 до 180–190. Сахар — с 7,5 до 20–22 рублей. Яйца — с 8,5 за десяток до 30.

За 5 лет цены выросли в 2,5–3,5 раза. Примем за среднюю величину в 300 процентов. Дальнейшие операции способен произвести и третьеклассник: разделить 300 на 5, получается 60 процентов. Если чуть-чуть «подстраховаться» и за средний уровень инфляции принять 200 процентов, выходит 40 процентов в год.