Имитаторы. Иллюзия «Великой России»

Причем на этот раз напряжение возрастет многократно — число нарушений увеличится в пропорции, так как выборы совпадают с очередной операцией по определению Преемника. А главное, потому, что после окончательного отстраивания административной вертикали, низведшего губернаторов до роли президентских порученцев, а партийных лидеров — до глядящей в руки клиентелы Кремля, пирамида власти опрокинулась, оперлась на вершину, и на ее острие оказался один-единственный избранник, занимающий президентское кресло. Можно с уверенностью утверждать: за то, чтобы посадить в него своего ставленника, развернутся такие бои, будут задействованы столь радикальные, если не сказать — дикие методы, что общество еще не раз содрогнется.

Что же нового привнес режим Путина в технологии политстроительства, в частности, выборные? Генеральной стратегией команды питерских стала монополизация ресурсов. Поскольку в избирательной кампании ключевую роль играет информационный ресурс, начали с него.

Надо думать, первоначально предполагалось поставить под контроль все СМИ. Подобная мысль чуть ли не с неизбежностью должна была зародиться в головах чекистов, вместе с Путиным перекочевавших из провинциального, несмотря на все столичные претензии, Питера в Москву.

Однако буржуазная эрэфия — это вам не Советский Союз. Обеспечить прямой контроль не получится: ни сил, ни средств не хватит!

Тогда решили действовать «цивилизованно»: накануне думской кампании приняли Закон «О гарантиях избирательных прав граждан» — с соответствующими поправками в Уголовный кодекс. Одной из таких гарантий должен был стать строжайший контроль над СМИ, дабы под видом освещения выборов они не занимались агитацией. Подпункт, обозначенный анекдотическим значком «ж», определял, что агитацией являются действия, «побуждающие избирателей» или даже только «имеющие целью побудить» голосовать за кандидатов (цит. по: «Независимая газета», 31.10.2003).

Помню, какой ужас наводила эта формулировка на всю пишущую братию: любое суждение — о власти и об оппозиции, о политической, а пожалуй, и об экономической ситуации в стране, регионе и отдельно взятом поселке можно было подвести под злосчастный подпункт «ж», расценив как агитацию. А тогда — будьте любезны — получите первое предупреждение! В случае повторного издание закрывалось.

Фактически это означало запрет на освещение деятельности оппозиции. Ну и, разумеется, на критику власти. Петь ей дифирамбы, понятное дело, не возбранялось: посмотрели бы мы на Вешнякова и иных прочих руководителей избиркома, если бы они отважились закрыть газету или телеканал за благожелательное освещение деятельности «Единой России» и лично господина Путина В. В.

В 2003-м такое откровенное подавление инакомыслия еще вызывало противодействие. Журналисты подали иск в Конституционный суд, и старый фрондер Валерий Зорькин, незадолго перед тем вновь назначенный его председателем после драматической отставки осенью 1993 года, злополучный подпункт отменил.

Оппозиционеры вздохнули с облегчением. Зря! Власть успела перестроить стратегию: тотальный контроль был признан излишеством. Обнищавшее население и так почти перестало читать прессу: мнение изданий с тиражом в несколько тысяч и даже десятков тысяч экземпляров не могло серьезно повлиять на настроение общества. А крупнейшие газеты, равно как и телеканалы, этот главный калибр политической пропаганды, к 2003 году уже не отваживались перечить Кремлю.

Сравнивая условия, в которых проходили парламентские выборы 1999-го и 2003-го годов, наблюдатели подчеркивали: «…Выборы-99 были отмечены поляризацией телеканалов, острой конкурентной борьбой между ведущими — Доренко и Киселевым, Сванидзе и Леонтьевым. В 2003 году ситуация совсем иная: на всех телеканалах единомыслие и единоначалие. Телеведущие хором поют осанну партии власти и осуществляют «групповое изнасилование» ее главного соперника КПРФ» («Независимая газета», 08.12.2003).

О «групповом изнасиловании» коммунистов скажу особо: КПРФ — крупнейшая партия оппозиции, и отношение к ней неизбежно накладывает отпечаток на весь выборный марафон. А пока займемся арифметикой. Как утверждали эксперты, общее время, отведенное на телеканалах «Единой России», составило 642 минуты, СПС — 396, КПРФ — 316, ЛДПР — 230, «Яблоку» — 197, «Родине» — 188 («Независимая газета», 01.09.2004).

Явное доминирование «Единой России» отчасти объясняется количеством затраченных ею средств, что, между прочим, тоже свидетельствует о жестком администрировании: в «демократической» России любая партия власти, будь то «Наш дом — Россия», «Единство» или «ЕР», всегда имеет преимущественный доступ к финансам. «Медведи» затратили на агитацию 172 млн. 627 тыс. руб. — больше, чем другие партии. Для сравнения: их основные конкуренты — коммунисты — смогли выделить на эти цели 48 млн. 882 тыс., почти в четыре раза меньше («Коммерсант», 05.12.2003).