Император Всероссийский Павел I Петрович

«С 1799 года, – пишет известный политик польского происхождения, близкий ко двору, Адам Чарторыйский, – Павла стали преследовать тысячи подозрений: ему казалось, что его сыновья недостаточно ему преданы, что его жена желает царствовать вместо него. Слишком хорошо удалось внушить ему недоверие к императрице и к его старым слугам. С этого времени началась для всех, кто был близок ко двору, жизнь, полная страха, вечной неуверенности».

В обществе все больше стали распространяться слухи о сумасшествии Павла. Особое недовольство вызывала внешняя политика императора, квалифицированная как предательская по отношению к национальным интересам страны. Вспомним о сближении с наполеоновской Францией и разрыв отношений с Англией. Не забудем и о роли Англии в подготовке заговора против Павла. Нельзя не отметить как второстепенные, но получавшие широкую огласку факты непротокольного поведение царя с дипломатическими представителями разных стран. Заговорщики, умело манипулируя настроениями членов семьи императора, постоянно внушали им мысль об угрозе заточения в крепость наследника и второго сына, а Марии Фёдоровны в монастырь.

Цареубийству 11 марта 1801 года посвящена огромная мемуарная и историческая литература. Однако нельзя утверждать, что к настоящему времени выяснены почти все детали заговора, хотя известны участники с разной степенью осведомленности, их планы, по часам реконструированы детали убийства, включая реплики участников. Установлено, что создание ядра группы заговорщиков, верящих в необходимость перемен, относится еще к лету 1799 года. Во главе его стоял военный губернатор Петербурга, пользовавшийся полным доверием Павла, участник русско-турецких войн граф П. А. Пален. Изначально, по собственным заявлениям, заговорщики намеревались ограничиться арестом Павла с тем, чтобы заставить его отречься от престола в пользу старшего сына. Никита Панин и Пален были солидарны в необходимости введения конституции, однако Панин видел способ в регентстве, а Пален – в уничтожении Павла I. Эйдельман пишет в книге «Грань веков», что Пален «держа в резерве когорту недовольных, зондируя, прощупывая именно тех, кто „молчит и действует“, он до поры не открывает замыслов и почти никого не осведомляет о конкретном плане, сроке, даже целях, например, объясняется с близкими соучастниками насчет регентства, сохранения жизни Павла при внутренней убежденности, что царя надо убить». Л. Л. Беннигсен писал: «Принято было решение овладеть особой императора и увезти его в такое место, где он мог бы находиться под надлежащим надзором, и где бы он был лишен возможности делать зло».

Общее число людей, вовлеченных в заговор, по разным оценкам составляло от 180 до 300 человек. Эйдельман ориентировочно делит заговорщиков на три основные группы: первая – вожди, самые посвященные, бывшие в курсе окончательного плана убийства, а также Зубовы (три брата и их сестра). Среди них Никита Панин, Пален, Рибас (умер в декабре 1800 года). Сестра Зубовых, Жеребцова, была связана с английским послом Уитвортом, через которую он мог знать все детали заговора. П. В. Лопухин, близкий родственник Жеребцовой, рассказывал о ней: «Витворт через посредство О. А. Жеребцовой был в сношениях с заговорщиками; в ее доме происходили сборища, через ее руки должна была пройти сумма, назначенная за убийство или по меньшей мере за отстранение императора Павла от престола… За несколько дней до 11 марта Жеребцова нашла более безопасным для себя уехать за границу и в Берлине ожидала исхода событий…». После смерти Павла, в Лондоне она получила от английского правительства сумму, соответствовавшую 2 млн руб. Эти деньги должны были быть распределены между заговорщиками, в особенности между теми, которые принимали участие в убийстве. Но Жеребцова предпочла удержать всю сумму за собою, будучи уверена, что никто не отважится требовать заслуженного вознаграждения.

Вторую группу составляли офицеры, позже присоединившиеся к заговорщикам и занимавшиеся вербовкой новых лиц. В третьей группе были средние и младшие офицеры, которые были отобраны по принципу их недовольства или ненависти к павловской системе, оставшиеся полностью не осведомленными, некоторые из них стали непосредственными исполнителями, а другие – всего лишь соучастниками. Как считается в литературе, никто из первой группы не участвовал непосредственно в убийстве, хотя возникают сильные сомнения относительно Зубовых. В спальню императора, где произошло убийство, проникло примерно двенадцать человек, некоторые потом ее покинули до убийства.

Убийство Павла I. Гравюра Уайтвайта по рисунку Ф.-Э.-А. Филиппото.