Империи Древнего Китая. От Цинь к Хань. Великая смена династий

Когда чиновник по имени Сун И в 88 году н. э. представил следующий меморандум, государство династии Хань находилось на пике своей власти: «Начиная со своего возвышения правители династии Хань неоднократно предпринимали наступательные экспедиции, но их приобретения всегда выглядели меньше собственных утрат. [Основатель династии Восточная Хань] Гуану, пережив испытания военными невзгодами, осознал порядок, присущий Небесам и Земле. Поэтому, по мере того как [кочевники] признавали его сюзеренитет, он переходил к управлению ими, стараясь не злоупотреблять властью. Народ на границе получил возможность жить мирно, и его перестали привлекать к военной службе; такое положение дел уже сохраняется больше сорока лет. Теперь сяньби проявляют послушание и собирают головы хунну, количество которых исчисляется десятками тысяч штук. Китайцы пользуются плодами таких великих достижений, и простолюдины позабыли о тяжком труде. В этом деле правители династии Хань достигли своей высшей точки. И причина такого положения вещей состоит в том, что дикари принялись нападать друг на друга, не причиняя никакого вреда воинству правителя Хань»¹.

В приведенном абзаце автор восхваляет успех военных реформ, проведенных правителями Восточной Хань в конце I века н. э.

Ключевое направление политики заключалось в натравливании кочевников друг против друга и использовании их конницы при решении своих военных задач. В следующее десятилетие такого рода стратегия позволит победить северных хунну и покончить навсегда с самой значительной внешней угрозой династии Хань. Сун И не упоминает о широком использовании труда уголовников и добровольцев, но ведь за их счет можно было не беспокоить китайских земледельцев. В это время Бань Гу писал свои рапсодии, в которых воспевал учреждение в канонической столице надлежащего ритуального порядка, а Ван Чун прославлял род Хань, давший величайшую из династий, влияние которой распространялось далеко за пределы территории древнего Чжоу.

Только вот на протяжении следующих ста лет вся система подверглась расчленению, причем принципы, разработанные основателем династии Восточная Хань императором Гуану, сыграли самую пагубную роль в ее крахе. Главная проблема, когда привлекаешь в своих интересах иностранные войска, заключается в покупке их преданности себе. Кочевников ввели в состав войска династии Хань, но у них сохранились племенные связи, поэтому их так и не удалось в полной мере вписать в китайскую иерархическую структуру военной организации. Вместо этого китайское правительство перепоручило задачу управления конницей кочевников начальникам постоянных пограничных гарнизонов. По мере того как все больше племен кочевников переселялось внутрь китайских границ, такая задача оказалась слишком обременительной для относительно малочисленных войск пограничных гарнизонов. Слабоватой можно назвать лояльность империи со стороны уголовников и ремесленников, в принудительном порядке переселенных на границу и связанных с государством Хань посредством личности их коменданта.

Еще одной причиной поражения армии Восточной Хань во II веке называется ее успех в I веке. Точно так же, как армии Сражающихся царств и начала Западной Хань предназначались для борьбы с тибетскими противниками, армии Восточной Хань нацеливали на север, то есть на хунну. После поражения этих армий многие «внутренние варвары», когда-то помогавшие правителям династии Хань, в I веке повернули свое оружие против них. Южные хунну, ухуани и сяньби потеряли свой главный стимул, заставлявший их подчиняться китайцам, а также основной для себя источник поощрений за военную службу. Итак, ухуани и южные хунну все активнее прибегали к грабежу китайцев внутренних районов империи, за счет дохода от которого стали жить, в то время как сяньби сменили хунну в качестве источника главной внешней угрозы. На западе проблема выглядела еще более серьезной, ведь население этой области страдало из-за разрушительных войн цянов².