Империи Древнего Китая. От Цинь к Хань. Великая смена династий

В период Сражающихся царств ворота на столбах или башенные ворота (цюэ) в городской стене представляли собой изысканные сооружения, служащие искусной витриной власти правителя. В середине IV века до н. э., когда Шан Ян начал строительство новой столицы династии Цинь в Сяньяне, первым делом возвели башни ворот Цзи. Точно так же в конце III века до в новой столице династии Хань Чаньане первостепенное внимание уделили башенным воротам. Авторы ритуальных текстов и поэм времен династии Хань утверждали, что только Сын Небес наделен правом прохода через ворота с башнями, что высота башен должна соответствовать чину обитателя императорского дворца и что башни ворот необходимы потому, что служили для «отличия сюзерена от вассала». Таким образом, начиная со Сражающихся царств и на протяжении значительного периода существования империи Хань ворота с их башнями служили более наглядным символом власти, чем окружающая город стена. В искусстве украшения склепов периода династии Восточная Хань чаще всего на фресках с изображением архитектурных конструкций встречаются башенные ворота на въезде в город или в охраняемый жилой комплекс великой семьи (рис. 5)⁶.

Рис. 5. Чиновник, стоящий между башнями городских ворот

Для того чтобы вселить благоговейный страх в иностранных посетителей демонстрацией богатства владельца и его способности видеть на большое расстояние, строили террасы с помостами. В ходе археологических раскопок обнаружены массивные насыпные землебитные основания для таких террас, отнесенных к временам Сражающихся царств. На гравированных бронзовых изделиях того периода изображены насыпи со ступеньками по бокам, покрытые сверху просторными деревянными помостами, на которых исполнялись обряды. Иногда оборудовали лестницы поднимающихся вверх террас. Архитектурные находки вокруг этих террас указывают на то, что в период Сражающихся царств они служили привлекавшими самое большое внимание сооружениями больших дворцовых комплексов.

Террасы могли к тому же служить ядром архитектурной композиции, состоявшей из анфилады залов и коридоров, построенных вокруг глинобитной насыпи в такой манере, чтобы производить впечатление нескольких этажей. В эпоху, когда еще отсутствовала возможность для возведения многоэтажных зданий, такая структура придавала постройкам вид возвышающихся над городом. Самым распространенным образцом и сооружением, облик которого чаще всего воспроизводился в Китае, был Дворец башенных ворот Цзи в столице династии Цинь⁷.

Такие дворцовые сооружения, поднимавшиеся над плоскостью жилого и делового округов, служили показателем мощи взгляда правителя – он обладал способностью в пределах, куда достигал его взгляд, наводить порядок. С подобных новых высоких конструкций можно было вести наблюдение, оставаясь незаметным для других людей. С их появлением подданные стали испытывать ощущение присутствия правителя, не видя его самого. Они служили предупреждением о том, что правитель обладает возможностью следить за действиями своих подданных и врагов, не обнаруживая себя. Представление о правителе как всевидящем, но невидимом оке придало материальную форму догадке, выраженной в таких философских трактатах, как «Книга пути и достоинства» (Дао дэцзин) и Ханьфэй-цзы. А состояла она в том, что мудрец или правитель должны остаться скрытными и непостижимыми⁸.

Один из мастеров искусства эзотерики, служивший советником при первом китайском императоре, утверждал, что правитель должен вести скрытую ото всех жизнь, чтобы избежать знакомства со злыми духами, и не сообщать никому места своего нахождения. Кроме того, так как правитель наделен способностью добираться до эфирных или небесных духов, ему следует жить в башнях и передвигаться по приподнятым над землей тротуарам. В этом случае у него будет больше возможностей познакомиться с этими духами и обрести бессмертие. Услышав такой совет, первый китайский император приказал возвести приподнятые над землей тротуары и проложить обнесенные стеной дороги, соединяющие все его 270 дворцов и башен. Любой человек, раскрывший тайну того, где в этом обширном комплексе находится император, заслуживал немедленной смерти. Император передавал распоряжения только в свой главный дворец в Сяньяне, а все остальное время скрывался от подданных. Как и следовало ожидать, когда император скончался во время плавания по Восточному морю, тело его в столицу везли в закрытой повозке, а повозку наполнили рыбой, чтобы отбить запах разложения и скрыть ее поклажу⁹.