Империи Древнего Китая. От Цинь к Хань. Великая смена династий

Когда-то на территории охотничьих угодий Шанлинь находились дворцы и павильоны правителей династии Цинь, но со сменой власти ими практически никто не пользовался. Император У распорядился понастроить здесь десятки новых сооружений, выкопать большое искусственное озеро и установить статуи созвездия Ткачихи и Пастуха в составе точной копии Млечного Пути. Он приказал поместить посередине озера изваяние кита как обитателя настоящего океана, который служил земным воплощением Млечного Пути. Все эти три статуи обнаружили археологи во время недавних раскопок. В парке охотничьих угодий для него построили роскошный дворцовый комплекс Цзяньчжан, главные ворота которого назвали Чанхэ в честь ворот Небес. А центральным зданием этого дворца был Нефритовый зал. Так тогда назывался дворец Небесного Императора. Это здание окружал лабиринт коридоров, а крышу венчал позолоченный флюгер в виде птицы феникс. Он поднялся даже выше дворца Вэйян, которому должен был служить небесным эквивалентом. Парк охотничьих угодий во многих отношениях заменил саму столицу и как основное место проживания императора, и как основное место исполнения обрядов.

По всей территории этого парка император У распорядился высадить редкие растения, развести животных и установить замысловатые камни, которые получил в качестве подношений от дальних народов, приобрел во время экспедиций в Среднюю Азию или отобрал у частных коллекционеров. Среди экзотических животных императора можно было наблюдать черного носорога, белого слона, говорящих птиц, обитавших в тропических лесах. Плоды его трудов характеризовали императора У не только как правителя, обладавшего богоданной властью для сбора дани из отдаленных мест, но организаторскими способностями, позволившими ему преобразовать парк в аналог Островов бессмертных созданий, изображенных в произведениях искусства династии Хань и населенных их авторами невиданными животными и птицами.

Карта 9

I – столица династии Цинь город Сяньян; II – столица династии Западная Хань город Чанъань

1 – Западный базар; 2 – Восточный базар; 3 – дворец Мингуан; 4 – дворец Гуй; 5 – дворец Бей; 6 – дворец Вэйян; 7 – Арсенал; 8 – дворец Чанлэ; 9 – дворец Цзяньчжан;

A – ворота Хэн; B – ворота Чучэн; C – ворота Лочэн; D – ворота Сюаньпин; E – ворота Циньмин; F – ворота Бачэн; G – ворота Фуан; Н – ворота Ань; I – ворота Сиань; J – ворота Чжан; K – ворота Цзичэн; L – ворота Юн

Цивилизация династии Хань / Сост. Ван Чжуншу. В переводе К.Ч. Чана.

New Haven: Yale University, 1982

В сотворении этого великолепного парка рядом со столицей император У воплотил свое собственное видение власти небесной и свою мечту о личном бессмертии. Мечта его осталась только лишь мечтой; точно так же, как его предшественников, императора У похоронили к северу от реки Вэй, а сверху насыпали рукотворную гору. Эти императорские погребальные курганы, насыпанные сначала для Гаоцзу в Чанлине, а потом для всех остальных императоров династии Западная Хань, постепенно формировались в линию искусственных «гор», поднимающихся на севере от столицы (карта 10).

На каждом кургане возводились деревянные сооружения для исполнения обрядов, и в исправном состоянии их сохраняло население поселков, построенных специально для содержания императорских усыпальниц. Первым такую систему предложил Гаоцзу, основав поселок, примыкавший к захоронению его отца и заселенный ведущими семьями империи, переселенными в столичную область в соответствии с традицией, существовавшей при династии Цинь. Его преемники следовали примеру своего предшественника. Численность населения таких поселков могла достигать 300 тысяч человек каждый. Судя по результатам переписи населения, проведенной во 2 году, в поселках при мавзолеях императоров династий У и Сюань числилось больше народа, чем за стенами Чаньаня. Многие знатные вельможи и ученые мужи династии Хань вышли из этих городов или жили там, находясь на службе при дворе. Укрепление культа предков и постоянное ему поклонение тем самым служили привлечению населения и богатства в столичную область империи.

За два столетия, когда шло такое переселение народа, население Гуаньчжуна кардинально увеличилось, из-за чего возникла большая потребность в привозном зерне. Из этих переселенцев сформировался единственный крупнейший слой подданных, служивший источником имперских чиновников; и точно так же, как сама императорская семья, они изначально нашли местные традиции Гуаньчжуна чуждыми для себя. Однако, когда через политику переселения удалось ослабить возможности представителей периферийных областей влиять на центральную власть, одновременно сложилась особая столичная культура, основанная на императорской службе этих людей с незначительным участием местной аристократии. Чань-ань превратился в модель того, как столица превращается в единственное в своем роде физическое воплощение империи, а ее население – в настоящих носителей имперской культуры.