Инкарнация (СИ)

Фрост твердой походкой приблизился к мечу, обхватил рукоятку и с невероятной легкостью извлек лезвие из камня. А потом шагнул к двери. Адель хотела последовать за ним, но он лишь махнул ей воспользоваться второй дверью. Почему они должны были пойти порознь?

Фрост повернулся к ней и улыбнулся. Будто прощался. Внутри Адель все сжалось — сейчас будто решалась их судьба, и когда они пройдут сквозь эти двери, обратного пути не будет.

Она все же шагнула к нему, но он тряхнул головой и нахмурился, вновь указав на ее дверь, будто знал то, чего не знала она. Разве не следовало положиться на него, как она делала все это время? Он когда-то подводил ее?

Да и что может случиться… Просто обычные двери.

Адель тоже улыбнулась ему, и он шагнул первым, исчезая из виду. Шестеро рыцарей последовали за ним. Холод пробежал по позвоночнику Адель, когда она поняла, что его здесь уже нет, и поспешила шагнуть вперед, чтобы поскорее нагнать Фроста. Шестеро рыцарей шагнули следом за ней.

Когда она поднялась по лестнице, которая сейчас казалась бесконечной, то увидела почерневшую землю и затянутое дымом небо. И среди всего этого безумия две тени. Значит, одну они все же одолели? И могут справиться и с остальными.

Адель посмотрела направо, туда, где так гордо стоял Фрост, держа в одной руке копье, а в другой — Экскалибур. Истинный король. Ее король.

Он повернулся к ней, и столько эмоций отразилось на его лице. Ветер вплетался в черные завитки волос, приносил с собой треск и рев от того кошмара, что разворачивался на землях Монсальваж. Где-то впереди находился дворец, но сейчас его было не видно.

Король и королева обменялись взглядами и ухмыльнулись друг другу, будто бы говоря — «и не такое проходили».

И устремились в бой.

Адель не могла бы сказать, сколько длилась битва, она сбилась со счета, глядя, как чудища падают перед ней, превращаясь в обычных людей. То были не монстры, а жители королевства, одержимые тенями. Ох, если бы она знала тогда, во время коронации, какое зло впустила в этот мир.

По щекам Адель струились слезы, которые сверкали в свете Грааля, как драгоценности, как и диадема на ее волосах. Спиной к ее спине стоял Фрост, ее меч и копье, ее защитник наравне с Граалем.

Две тени подступали к ним неторопливо, подползали, опасаясь, что король и королева могут сделать, ведь они уже явили свою силу, свою первозданную мощь. Сейчас Адель и Фросту приходилось расплачиваться за грехи других, прежних короля и королевы и еще множества тех, кто был причастен к их истории. Но дело следовало довести до конца.

Возможно пришел час использовать Звезду, подумала Адель, когда вдруг увидела пятно света. Со стороны дворца к ним вышла целая компания: Даная в ее сверкающих доспехах, с целой армией верных ей «дельфинов», а с ней Георг и Саманта, от которых исходило синее сияние. На плече Георга сидел синий пушистый зверек — символ королевы Адель Благородной. А еще Мессания и Анри. Длинные седые волосы феи были распущены, развеваясь по ветру, как пепел. Принц выглядел слишком бледным и даже потерянным, но при виде Адель оживился.

— Ты вернулась! Королева здесь! — воскликнул он.

Адель улыбнулась сквозь слезы. Она не одна. Но вдруг она ощутила за спиной пустоту — и не увидела Фроста. Взгляд замельтешил по сторонам — и вот она уловила красные огоньки его короны вдалеке: черные щупальца увлекали его в сторону чащи, буквально следуя по белой тропе, по которой однажды сюда пришла королева.

К проклятому озеру, с ужасом подумала Адель. Лионесса! Это могла быть только она! Он и пришел сюда, только чтобы завершить эту историю. Но если погибнет Лионесса, умрет и Фрост.

И еще эта чертова клятва Джудит! Зачем она так с ней! Разве не Агния сама отправила Фросту послание, чтобы он нашел ее? Или же она все-таки была неугомонна в своей жестокости?

Тени были сосредоточены только на ней, королеве, — и Граале. Скорее покончить с ними и спасти Фроста!

Адель вновь высоко подняла Грааля, умоляя его помочь, но тени вдруг выросли вдвое. И тогда помощь пришла со стороны: Даная, Георг, Мессания, Анри встали у нее за спиной, а маленький зверек перебрался ей на плечо, щекоча шею, будто тоже старался помочь.

— Мы верим в тебя, королева, — прошептала принцесса Даная, и все прочие вторили ей.

— Ты вернулась, и я освобождаю тебя от клятвы, — прошептала Мессания. — Живи долго и счастливо, королева, дарую тебе свое благословение.

И еще одна фея благословила ее.

Они верили в нее, разве она могла теперь подвести их?

Девочка-самозванка, ставшая королевой…

Все тело Адель будто вспыхнуло, словно она сама стала Граалем, этим источником магии, а волосы ее засияли совсем как золото.

А когда тьма развеялась над Монсальваж, и жители снова погрузились в исцеляющий сон, когда погибшие в бою воскресли, как и девы, принесенные в жертву Граалю, за исключением только одной, — Адель вернулась к самой себе и этому бренному миру.

Сердце ее заколотилось так часто, что готово было вырваться наружу. Битва еще не была окончена. Ей нужно было заполучить благословение еще одной феи — или же ее проклятье.

Только бы Фрост был еще жив.