Инстинкт марионетки

— И без меня, — забирая с вешалки фуражку, распрощался генерал. — Порядок надо наводить! — Его мобильный телефон, и правда, последние двадцать минут трезвонил без передыху, Линчик угрожающе сопел, рычал в трубку и изредка матерился, обещая кому-то то трибунал, то служебный перевод на урановые шахты.

Кабинет опустел, Стеван устало тряхнул головой и с сожалением повертел в руках пустую бутыль. Никогда в жизни он больше не согласится находиться в одной комнате с работающим магом — препаршивейшие ощущения в процессе и чувство лёгкого отупения потом. Казалось, что бессловесный ментальный шепоток залился в уши и до сих пор, ища лазейку, омывает черепную коробку. Народный избранник подавил детское желание попрыгать на одной ноге, вытрясая лишнюю жидкость, и пошёл будить безмятежно дрыхнущего коллегу.

— Я проспал? — жалобно потёр глаза Драган. — Все уже ушли…

— Не расстраивайтесь, — усмехнулся мужчина, — думаю, и нам пора. Кстати, у вас кровь под носом запеклась — наш друг магистр сегодня был в ударе.

Молодой человек наскоро привёл в надлежащий вид себя и помятый костюм, старший товарищ уже ожидал его на лестнице. Стевану хотелось воздуха и обычного уличного шума, дворцовая помпезность отчего-то давила грудь, а может быть, он просто перебрал с креплёными напитками, вот сердечко и зашалило, нервы ни к чёрту…

— Я вам сегодня ещё нужен? — легко перебирая ногами ступеньки, поинтересовался парень. — Я не устал, если нужно что-нибудь подготовить к завтрашнему совету…

Депутат вздохнул с лёгкой завистью: вот, она молодость — час поспал, и солнце снова светит…

— Хватит на сегодня, — Стеван дождался, когда парень с ним поравняется, и неторопливо продолжил движение. — Думаю, наши благодетели уже накропали сценарий судеб на ближайшую пятилетку. Послушаем, посмотрим… торопиться не стоит, — вздохнул он, потирая тяжёлую голову. — У вас совсем ничего не болит? — мужчина недоверчиво покосился на бодрого парламентария. — Во время сеанса была такая отдача… Госпожа министр дважды желудок чистила, да и у меня, кажись, шевелюра окончательно поредела…

Драган покачал головой:

— Меня настигла другая кара, — весело шмыгнул носом парень. — Не буду больше злить штатных магов. Хотя… может быть, мистер Джарка тут и ни при чём… Кошмары после выколотых глаз — это ведь нормально?

— Абсолютно нормально, — подтвердил депутат. Перегруженное сердце предательски кольнуло, и во рту стало сухо. Стеван закашлялся, поневоле остановившись. — Вам приснилось что-то плохое? Про кого?

— Ну… в общем-то, про всех, — неловко замялся Драган. — Такая чушь… Гильотина на площади, корзина «для правительственных голов», и всё под музыку, под гимн свободной республики…

Депутат с облегчением выдохнул, рассеянная улыбка тронула губы:

— Эшафот? Это уж слишком… Святой инквизиции там случайно не наблюдалось?

— Нет, — молодой человек, смешно поморщил нос, припоминая. — Но страшно было, аж коленки подгибались! — горячо заверил он веселящегося друга. — Ей-богу!

— Мистер Джарка, оказывается, большой оригинал, — подбодрил наставник. — Сляпал для вас знатный ужастик, к тому же, с историческим уклоном. А вот, кстати, ещё одна жертва магического искусства.

Со стороны уборных комнат показался генерал. Хмурясь, он потирал живот и то и дело вновь поглядывал на покинутое сан. техническое помещение.

— Генерал, догоняйте, — дружески окликнул Стеван. — Вы домой?

— Какое там… — отмахнулся Линчик, степенно спускаясь по широкой, укрытой ковром лестнице. — Развинтились все, свободу почуяли! Не армия, а сплошная самодеятельность!

— Что на этот раз? — озаботился народный избранник, тоскливо поглядывая на парадный выход. — Опять грабежи?

— И грабежи тоже, — с готовностью подтвердил генерал, — но тут другое… А вы знаете, дорогие мои, что дворец остался без охраны?

— То есть? — не понял парень. — В столице внутренние войска и народная дружина…

— Дружина мне неподконтрольна: сегодня есть, завтра нет, а регулярные части бунтуют, — мрачно усмехнулся Линчик. — Вот что бывает, когда бабы лезут не в своё дело! Прямо как чума расползается… А теперь ещё и Карзанский двор в руинах! — добил он онемевших депутатов.

— Кто посмел? Это ж культурная часть города! — возмутился Драган. — Оппозиция?

— «Пламенные сердца», любимчики дорогой Элаизы! — зло хмыкнул военный. — Надо будить магистра, пусть назад свою шарманку крутит, а то эти «первобытные шедевры» всю столицу разнесут. Час назад взяли штурмом государственный музей, экспроприировали народные богатства на нужды революции. Всё растащили! Даже гильотину выволокли! Идиоты… Вот зачем им гильотина? — Линчик требовательно уставился на соратников, переводя взгляд с одного бледного лица на другое. — Зачем?