Интеллект, семья и дети

Отсюда идет страх, диктующий «женское» поведение: не выступай, не умничай, потому что останешься одна. И реальная реакция женщины: простите, но то, что вы мне предлагаете, мне не подходит, я лучше одна, — не воспринимается. Даже страшная статистика семейного насилия в нашей стране, рукоприкладства, психологического надругательства, не перекрывает давления на женщину: ты должна согласиться с тем, что пусть будет, что будет, лишь бы что-то было. Замуж, всем замуж! И не выбирать, бери то, что приплыло.

Я уже возвращалась к давно обнаруженной нами цепочке взаимоотношений мужского и женского, когда говорила о том, что только мужчину, чье направление жизни женщина воспринимает как свое, она может считать «своим» мужчиной. Но есть следующий шаг в цепочке: женщина вправе предоставить или не предоставить пространство, то есть согласиться этот поток течь в этих берегах или не согласиться.

И получается, что самый большой страх — это не страх одиночества. Страхом внешнего одиночества манипулируют, прикрывают другой страх — одиночества внутреннего, на которое жалуется, на которое ссылается большинство замужних женщин. То есть пугают одним, а действительно страшно другое. Жалобы замужних женщин, что их не понимают, не ценят, их пассивная или активная война, их бесконечное желание унизить мужчину, с которым они живут, их недостаточная социальная реализованность — этот недостаток ощущения себя живущей. От него не избавиться никаким замужеством. А реализованных женщин пугают страхом внешним — будешь одна. Одна, но будет. Вот что важно.

Два страха, внутренний и внешний, опять все запутали, потому что многим из нас недосуг разобраться в себе и в том, что на нас влияет.

Давайте посмотрим на двух женщин. Одна чувствует себя бесконечно одинокой в квартире, где кроме нее еще живет человек, который называется ее мужем и, очень часто, отцом ее детей. Не уважая этого человека, но не умея и не желая, а может быть, очень часто не зная, как исправить эту ситуацию, оставаясь до седых волос на детской позиции «дай», такие женщины ищут объяснения своих несчастий, своей неудавшейся жизни, своей внутренней боли во внешних обстоятельствах. И первая причина — не тот муж, не ту половинку выбрала.

И мне кажется, как бы сурово это ни звучало, что страшилки, которые рассказывают такие жены женщинам, рискнувшим не поспешить с замужеством, — это месть. Месть и зависть.

Очень легко пугать женщину: «Вот ты приходишь домой, у тебя там никого нет». Но часто это произносит женщина, которая только что жаловалась: домой идти не хочется, неизвестно, какой он придет, непонятно, что там сейчас будет. Ведь она заранее знает, что там какие-нибудь друзья-приятели, или ей придется его по всему району искать, или он будет здесь, уткнувшийся в телевизор, не оборачиваясь, требующий чего-то, что он привык требовать. А она за всю жизнь не сумела отстоять себя, свою жизнь, и они все равно будут жить так, как они жили. Тут уже не социальное давление, а чисто женская, природная месть. Обида за свою преданную мечту и за свое ободранное и испачканное белое свадебное платье, которым она так гордилась в тот день. И свободную, сильную подругу ей больше нечем пугать, кроме как формальным внешним одиночеством. Очень трудно признать факт, что то, что ты считал победой, оказалось поражением.

Но это оказалось поражением, потому что пресловутое белое платье и было финальным аккордом ее мечты. И он не оказался сказочной половинкой, соединение с которой в автоматическом режиме привело женщину к абсолютно счастливому, в смысле — без сучка и задоринки — взаимодействию. Не привело. И не нашлось никого, кто помог бы это взаимодействие наладить или, на крайний случай, развинтить ситуацию, чтобы женщина увидела свою самодостаточность.

Так и пугают женщины друг друга одиночеством.

Общество, манипулирующее внешним, пугает внешним одиночеством. Ему одиночки невыгодны: если человек может жить один и ему так хорошо, это опасно, он может задуматься, что мы не так уж и важны, наше Мы не так уж всесильно.

А с другой стороны, вписанные в Мы и не изжившие одиночество, а, скорее, познавшие истинное одиночество, одиночество невозможности сопереживания, сочувствия, события, вымещают свои обиды на тех, кто этим обладает.

Красиво вписалась

Мы посмотрели, откуда берется и как произрастает в женщине фундаментальная, само собой разумеющаяся норма, что семья — это надо, семья — это хорошо, семья — это правильно.

Да, семья — это хорошо, семья — это правильно, семья — это надо. С этим нет необходимости спорить. Но это в целом, а мы живем в частностях, в повседневных частностях нашей жизни. И в ней ощущается неколебимая уверенность огромного большинства женщин в том, что они сами хотят семью.